Коллекция фотографий Титаника
Главная
Материалы
Версии гибели
Путешествия
Ссылки
Контакты
Карта сайта
     Коллекция фотографий Титаника.
Фотоочерк Раздел 1 Раздел 2 Раздел 3 Раздел 4
Раздел 5 Раздел 6 Раздел 7 Раздел 8 Раздел 9

        Путь: Фотографии ТИТАНИКАМатериалы о Титанике

Титаник – корабль легенда



Предисловие

Прошло более восьмидесяти лет с того момента, как в морозную ночь с 14 на 15 апреля 1912 года южнее острова Ньюфаундленд затонул, столкнувшись с дрейфующим айсбергом, гигантский “Титаник”, самое большое и самое роскошное судно начала века. Погибли 1500 пассажиров и членов экипажа. И хотя XX столетие ознаменовалось несколькими страшными трагедиями, интерес к судьбе этого судна не ослабевает и в наши дни. Особенно возрос он в 1985 году, когда американо-французской экспедиции удалось обнаружить на глубине 4000 метров его корпус.

К сожалению, придется смириться с тем, что исчерпывающая правда о гибели “Титаника” уже не будет известна никогда. Несмотря на два расследования, проведенных сразу же после того, как плавучий дворец поглотили волны, многие детали так и остались невыясненными. Продолжают существовать “белые пятна”, ряд свидетельств неполон, некоторые выводы при более подробном изучении не убеждают. Это породило многочисленные домыслы и спекуляции, а также самые невероятные легенды. Часть из них настолько укоренилась, что бытует и сегодня.

Одной из главных причин, породивших “белые пятна”, была та, что гибель “Титаника” пережили всего четыре человека из тех, кто мог бы предоставить очень важную информацию об условиях навигации в наиболее критические часы плавания и о радиограммах-предостережениях, извещениях о появлении айсбергов вблизи маршрута судна. Эти четверо – второй помощник капитана, несший вахту на ходовом мостике как раз перед случившейся трагедией, четвертый помощник капитана, который тоже в это время был на вахте, младший радиотелеграфист, принявший некоторые из предостерегающих радиограмм, и, наконец генеральный директор судоходной компании “Уайт стар лайн” Дж.Брюс Исмей, которого капитан постоянно информировал о том, как проходит рейс.

В различных материалах приводятся противоречивые данные о “Титанике”, о количестве его пассажиров, о числе спасшихся и погибших, о том, сколько человек оказалось в спасательных шлюпках. “Титаник”, гордость британского торгового флота, был спроектирован опытнейшими конструкторами, построен из самых качественных материалов, на одной из самых лучших верфей мира и укомплектован тщательно подобранной командой.

Мы прожили с тех пор более трех четвертей столетия. Мы создали свои “Титаники” – из самых лучших материалов, руками самых лучших специалистов, снабдив их самыми надежными рекомендациями. Но и нам грозит опасность поддаться чувству излишней самоуверенности, не заметить риска, пренебречь обязанностями. И за это мы заплатили жестокую цену.

Трагический урок 1912 года не следует забывать и в эпоху турбореактивных самолетов, ракетных двигателей и атомных электростанций.

Строительство

Строительство большого морского судна может длиться несколько лет. Уместно познакомить читателя с основными фазами этого сложного и технически очень трудоемкого процесса.

Прежде чем судоходная компания передаст верфи свой заказ, она тщательно анализирует и взвешивает, какие требования предъявляются к новому судну, какими качествами оно должно обладать и для каких целей предназначается. Конструкторы получают его размеры, требуемую скорость, тип машин и в основных чертах внутреннее устройство и оборудование. Затем сотни опытных проектировщиков в течение нескольких месяцев производят расчеты, вносят предложения и чертят планы. Готовится модель в несколько метров, на которой проверяются характеристики проектируемого судна. Таким способом выбираются, например, лучшие обводы корпуса, самое удачное расположение винта и его конструкция: ведь неудачная конструкция винта может привести к более чем десяти процентной потере мощности машин, что скажется на существенном увеличении расхода топлива.

Пока конструкторы разрабатывают проект, в цехах готовят стальные балки для киля и шпангоутов, а также листы обшивки судна; по мере надобности этот материал может быть различной формы и размеров. Большое внимание уделяется тому, чтобы каждый шпангоут и каждый лист, предназначенные для правого борта судна, точно соответствовали форме, размерам и весу деталей противоположного, левого борта. Судно строят в сухом доке, днище которого выполнено из прочного железобетона. На нем размещается спускное устройство, смонтированное из толстых досок и мощных балок. Они расположены наклонно к воде, и готовое судно при спуске легко соскальзывает на ее поверхность. Киль проходит по всей длине судна и является как бы хребтом судна , на котором держится вся конструкция. Эта стальная балка, уложенная на массивные дубовые брусья шириной 120-150 и толщиной 7-10 сантиметров, составлена из большого количества прочно соединенных частей. Правильное положение киля проверяется с максимальной тщательностью. Долгое время это делалось так: по всей длине киля на определенном расстоянии друг от друга расставляли колья с небольшими отверстиями посередине. Затем на одном конце этого ряда зажигали свет и, если его можно было увидеть через все отверстия с другого конца, значит, киль был заложен правильно; в противном случае приходилось все исправлять и выравнивать.

На плоский киль по всей длине судно устанавливали вертикальный киль. К нему от носовой части к корме крепятся поперечные балки и соединяются между собой клепаными стальными листами, образующими настил второго дна, разделенного переборками на большое число водонепроницаемых отсеков, используемых в качестве емкостей для топлива и балластной воды.

После сооружения настила второго дна начинается установка перпендикулярно к килю с правого и левого борта стальных шпангоутов, представляющих собой профильные балки. Шпангоуты правого и левого борта соединяются поперечными стальными балками, на которых крепятся палубные настилы. Вместе со шпангоутами для создания жесткой конструкции оконечностей судна устанавливаются штевни - мощные стальные балки весом 50-75 тонн. Теперь можно приступать к обшивке судна пронумерованными стальными листами, которые крепятся к шпангоутам. Шпангоуты вместе с листами образуют корпус судна. По мере того как продолжаются работы на корпусе, вокруг поднимаются леса, позволяющие работать клепальщикам и сварщикам.

После того как смонтированы основные части судна, на высоте второго дна устанавливаются боковые кили. Это стальные полосы длиной около одной трети длины судна, расположенные в его центральной части по обоим бортам. Их задача - увеличить остойчивость судна, то есть ослабить его качку на волне. Затем на корме устанавливается руль, а винты насаживаются на валы.

Теперь судно готово к спуску. Это трудоемкая операция, требующая тщательной подготовки и большого напряжения. Дальнейшая работа продолжается уже на воде, при стоянке судна у заводского причала. На него нужно установить машины и множество другого оборудования. Объем необходимых работ можно представить на примере "Олимпика", вес которого при спуске составлял 24600 тонн, а после доукомплектования увеличился примерно в два раза.

Киль "Титаника" был заложен не верфях фирмы "Харленд энд Волфф" в Куинс-Айлэнде возле Белфаста 31 марта 1909 года. Судно строилось с помощью самого большого в мире портального крана, рядом с "Олимпиком".

Три тысячи человек напряженно трудились в течении двух лет, и 31 мая 1911 года, когда "Олимпик" отправился в свой первый рейс через океан, "Титаник" был спущен на воду. В 12 часов 13 минут гигантский корпус скользнул по скату, а еще через 62 секунды уже покачивался на водной глади Ирландского моря. На набережной за торжественным моментом наблюдали огромные толпы жителей Белфаста и приглашенных гостей.

Через десять месяцев, 2 апреля 1912 года, "Титаник" успешно прошел ходовые испытания, проводившиеся под наблюдением чиновников министерства торговли, которые по британским законам о торговом флоте, являлись главной контрольной инспекцией. С помощью буксира, "Титаник" по каналу Виктории был выведен из Белфаста в Ирландское море, где плавал в течении нескольких часов. В это время проверялось все его оборудование, включая радиоаппаратуру.

За полночь в среду 3 апреля "Титаник" достиг Саутгемптона, откуда через неделю должен был отправиться в свой первый рейс через океан. Судно встало на рейде в отведенном для него месте. Уже при первом взгляде на него у всех перехватывало дыхание. Плавучие средства в порту, в том числе и крупные пароходы, неожиданно как бы уменьшились в своих размерах. "Титаник" отшвартовался в Океанском доке, и в течении нескольких дней работники министерства торговли проводили его контроль. В том числе были осмотрены спасательные шлюпки, сигнальные ракеты и прочее спасательное оборудование. Было признано, что оно соответствует действующим тогда предписаниям. Контроль осуществлял главный инспектор министерства капитан Кларк. Он не упустил ни одной мелкой детали, на какую другой инспектор не обратил бы внимания и вполне удовлетворился бы объяснением компетентного офицера. Он должен был все увидеть сам и лично проверить. Никакие заверения, от кого бы они не исходили, он не считал убедительными, поэтому его, как и полагается, проклинали.

До выхода "Титаника" в рейс на его палубах каждое утро появлялся Томас Эндрюс. До позднего вечера он беседовал с руководителями бригад, механиками и поставщиками. У него не оставалось ни одной свободной минуты. Он замечал любую мелочь, от его опытного и острого глаза ничего не ускользало. Он ходил по коридорам, столовым, салонам и каютам, советовал, как расставить столы и стулья, где разместятся полки и приставные лестницы в каютах III класса или электровентиляторы. Эндрюс говорил, что не может быть спокоен, пока все не будет в полном порядке, 9 апреля он написал своей жене: "Сегодня "Титаник" почти готов, и я верю, что завтра мы выйдем в море. Он сделает честь старой фирме". 10 апреля Эндрюс появился на палубе в шесть утра и провел последнюю инспекцию судна. Он остался доволен.

Статистика

Общие данные:

  • Порт приписки - Ливерпуль.
  • Бортовой номер - 401.
  • Позывной сигнал - MGY.
  • Размеры корабля:
  • Длина - 259,83 метров.
  • Ширина - 28,19 метров.
  • Масса - 46328 тонн.
  • Водоизмещение - 52310 тонн.
  • Высота от ватерлинии до шлюпочной палубы - 19 метров.
  • От киля до верхушки трубы - 55 метров.
  • Осадка - 10,54 метра.

Технические данные:

  • Паровые котлы - 29.
  • Водонепроницаемые отсеки - 16.
  • Предельная скорость - 23 узла.

Спасательные средства:

  • Стандартных шлюпок - 14 (65 мест).
  • Разборных лодок - 4 (47 мест).

Пассажиры:

  • I класс: 180 мужчин и 145 женщин(включая 6 детей).
  • II класс: 179 мужчин и 106 женщин(включая 24 ребенка).
  • III класс: 510 мужчин и 196 женщин(включая 79 детей).

Члены команды:

  • Офицеры - 8 человек(включая капитана).
  • Палубная команда - 66 человек.
  • Машинное отделение - 325 человек.
  • Обсл. персонал - 494 человека(включая 23 женщины).
  • Всего на борту было - 2201 человек.

Офицеры

  • Капитан - Эдвард Дж. Смит
  • Старший помощник - Генри Ф. Уайлд
  • Первый помощник - Уильям М. Мэрдок
  • Второй помощник - Чарльз Г. Лайтоллер
  • Третий помощник - Герберт Дж. Питман
  • Четвертый помощник - Джозеф Г. Боксхолл
  • Пятый помощник - Гарольд П. Лоу
  • Шестой помощник - Джеймс П. Муди

На "Титанике" было семь офицеров - трое старших(старший, первый и второй помощники капитана) и четверо младших(третий, четвертый, пятый и шестой помощники капитана). Их рабочее время было организовано следующим образом. Весь день разбивался на несть четырехчасовых вахт: с 8 часов утра до 12 часов - "дневная вахта", с 12 до 16 - "послеобеденная", с16 до 20 - "собачья", с 20 до 24 - "первая", с 00 до 4 часов утра - "средняя", или "кладбищенская", с 4 до 8 часов - "утренняя", или "кофейная", вахта. Их начало отмечалось восемью ударами колокола, находящегося на ходовом мостике, затем склянки отбивали каждые полчаса и час.

Перед очередной четырехчасовой вахтой на мостик приходил вахтенный офицер сменить своего предшественника. Он проверял по карте положение судна, его курс и скорость, принимал от офицера, сдающего вахту, информацию о погоде, телеграммах и обо всех обстоятельствах, которые представляли интерес или могли быть важными для его вахты.

Ночью, офицер сменявшейся с вахты, всегда на несколько минут задерживался, пока глаза его сменщика не привыкнут к темноте. Только после этого новый офицер заступал на вахту. С этой минуты он отвечал за все, что происходило или случалось на судне. Он принимал регулярные телефонные доклады, поступавшие на мостик, решал все важные вопросы, отдавал распоряжения вахтенным матросам. И лишь в случае крайней необходимости или исключительных обстоятельств, вызывал капитана, который поднимался на ходовой мостик, если считал это нужным.

Вместе со старшим вахтенным офицером на вахту заступал один из младших офицеров. Существовало правило, по которому пост старшего офицера находился на наветренном, а пост младшего - на подветренном крыле ходового мостика. Это позволяло обеспечивать постоянный контроль по обоим бортам судна. Младший офицер во время вахты решал целый ряд задач, включая наблюдение за компасом и обеспечение телефонной связи, он следил за штурвалом, а в случае необходимости отлучался, чтобы передать донесения капитану. Его главная обязанность заключалась в том, чтобы помогать старшему офицеру, на котором лежала вся ответственность и внимание которого по этому не должно было отвлекаться на решение второстепенных задач.

Фотография офицеров "Титаника", спасшихся после катастрофы. Внизу сидящий Герберт Питтман, (стоящий слева направо) Пятый помощник Гарольд Лоу, Второй помощник Чарльз Лайтоллер, Четвертый помощник Джозеф Боксхолл.

У старших офицеров вахта длилась 4 часа, после чего следовал восьмичасовой отдых. У младших офицеров вахта длилась четыре часа и затем четыре часа отдыха. Во время так называемой "собачьей" вахты, то есть с 16 до 20 часов, они менялись каждые два часа. Этим достигалось нечетное количество вахт и то, что одного и того же офицера, вахта приходилась в разное время суток.

Компания "Уайт стар лайн", как правило, брала на большие суда шесть впередсмотрящих, у которых была только одна обязанность: днем и ночью два человека несли вахту на фокмачте. Два часа - вахта, четыре часа - отдых. Вахтенные в "вороньем гнезде" внимательно следили за морем и сообщали на мостик все, что видели, например дым на горизонте, далекие огни, предметы на поверхности воды, и конечно дрейфующие айсберги. Это была очень напряженная работа, требовавшая постоянной сосредоточенности и внимания. Поэтому, помимо регулярной месячной зарплаты им полагалась надбавка за каждый рейс в размере пяти шиллингов.

Капитан Эдвард Дж.Смит еще при жизни стал легендой. Он пользовался доверием как у миллионеров так и у епископов. Смит был известен тысячам американских и британских пассажиров, и многие из них пересекали океан под его командованием по нескольку раз.

Старший помощник капитана Генри Тай Уайлд должен был принять участие в первом плавании "Титаника", а затем вернуться в своим обязанностям на "Олимпике". Он пользовался абсолютным доверием компании и принадлежал к ветеранам ее офицерского корпуса.

Первый помощник капитана Уильям Макмастер Мэрдок продолжал традиции своего рода, мужчины всех поколений которого уходили из Южной Шотландии в море. Он начинал на парусниках, а затем перешел на пароходы компании "Уайт стар лайн", курсировавшие между Европой и Австралией. Примерно восемь лет назад компания перевела его на свою атлантическую линию, где он попеременно служил на "Арибике", "Адриатике", "Оушенике" и "Олимпике". Мэрдок был опытным моряком и по праву ожидал, что в ближайшее время ему доверят командование одним из небольших судов компании.

Второй помощник капитана "Титаника", сорокавосьмилетний Чарлз Герберт Лайтоллер, считался человеком жестоким, даже среди видавших виды моряков. Его жизнь непрерывной цепью приключений и драматических событий. Еще юнгой он служил на многих судах британского торгового флота под командованием отважных капитанов, о которых с уважением отзывались в ливерпульских и саутгемптонских портовых пивных барах. Лайтоллер пережил и пожар на море, и кораблекрушение у необитаемого острова, он плавал на скотовозах и перевозил на Аляску старателей в годы "золотой лихорадки". В двадцать три года Лайтоллер получил капитанский диплом и перешел на суда компании "Уайт стар лайн" на австралийские линии. Для Лайтоллера море было родным домом, здесь он был в своей стихии.

Третий помощник капитана , тридцатичетырехлетний Герберт Джон Питман, из почти десяти лет своей карьеры офицера торгового флота, последние пять лет он служил на судах компании "Уайт стар лайн". Он имел капитанский диплом, как и все остальные офицеры "Титаника".

Четвертый помощник капитана "Титаника" Джозеф Гроув Боксхолл был обладателем звания "Экстра мастер" и служил в "Уайт стар лайн" пятый год. После катастрофы "Титаника", он как и другие три офицера остался жив. В 1958-м году Боксхолл был техническим администратором на съемках фильма "Ночь, которую запомнили." Умер Боксхолл в 1967-м году в возрасте 83 года.

Фотография Джозефа Боксхалла, сделанная в 1960-ых годах перед его смертью. Он был техническим советником в 1958 на съемках фильма "Ночь, которую запомнили", который был снят по книге Уолтера Лорда.

Пятый помощник Гарольд Годфри Лоу был такого же склада как и Лайтоллер. Он был прирожденным моряком. Когда ему было всего двенадцать лет, перевернулась лодка, в которой он находился, и он почти километр плыл до берега в одежде и обуви. В четырнадцать лет отец буквально тащил его через весь Ливерпуль, чтобы отдать учеником в верфь, но юный Лоу заявил, что он ни на кого не будет работать даром, он хочет за свою работу получать деньги. Отец стоял на своем, юноша тоже, и в результате он сбежал из дому в море. Семь лет Лоу плавал на шхунах, на различных парусниках с прямыми парусами и, наконец, на пароходах, затем в течении пяти лет служил в Западно-африканской береговой охране. Северную Атлантику он пересекал впервые.

Шестой помощник капитана Джеймс Пелл Муди пришел на "Титаник" с "Оушенка" Когда он отправился в плавание на "Титанике", ему было 24 года и это был его последний выход в море. До прихода на "Титаник", Муди служил на другом судне компании "Уайт стар лайн" - "Океаник".

Капитан и семеро его помощников, несшие вахту на мостике "Титаника" во время первого рейса, бесспорно, относились к элите британского торгового флота.

Выход в море

Почти перед самым полуднем на "Титанике" раздался удар сигнального колокола и над Саутгемптонским заливом далеко разнеслось эхо судового гудка, извещавшего, что самое большое судно в мире выходит в плавание. Друзья и родственники пассажиров, журналисты, фотографы и прочие посетители спешно прощались, обменивались пожеланиями и устремлялись на берег. Последними покинули судно портовые чиновники. Буквально перед тем, как был поднят трап, примчались несколько запоздавших кочегаров с матросскими чемоданами через плечо и стали требовать пропустить их на судно. Сержант, стоявший у трапа, отказался пропустить их на палубу. Решительным жестом он прервал дискуссию, трап был убран, и опоздавшие остались на берегу, продолжая шумно протестовать. До конца своих дней эти люди, вероятно, были признательны неизвестному сержанту, который благодаря непреклонному чувству служебного долга и дисциплине не позволил им ступить на последний трап, соединявший "Титаник" с причалом, и тем самым буквально спас им жизнь.

Через некоторое время на судно прибыл лоцман Джордж Боуйер. Как только он ступил на палубу, на мачте взвился флаг, оповестивший о его присутствии. Затем лоцман представился капитану Смиту, стоявшему на мостике. Командиры судов, приходивших в Саутгемптон, называли Боуйера "дядюшка Джордж". Он был одной из наиболее известных фигур в порту, где его предки служили лоцманами из поколения в поколение. Сам он начал службу с двенадцати лет, более тридцати лет проводил суда и компания "Уайт стар лайн" всегда прибегала к его услугам, когда выходило в море или возвращалось одно из его судов. После непродолжительного разговора с капитаном лоцман отправился удостовериться, все ли готово и на местах ли офицеры: старший и второй помощники капитана на баке, первый помощник на корме, третий на кормовом мостике, четвертый на ходовом мостике у машинного телеграфа, готовый передать команды лоцмана и капитана в машинное отделение, пятый помощник на ходовом мостике у телефона. На причале для отдачи швартовых приготовилась целая бригада: пятнадцать человек у носа и пятнадцать у кормы "Титаника".

Как только капитану Смиту доложили, что последний трап убран и закреплен, лоцман взялся за дело. Его команду "Подать буксиры" пятый помощник капитана передал по телефону на нос и на корму. Вскоре был принят доклад, что команда выполнена. Слабое подрагивание корпуса указало на то, что глубоко под палубами заработали машины. Последовали новые команды лоцмана. На причале отдали швартовы, крепившие нос и корму к мощным береговым тумбам, и матросы быстро выбрали их, намотав на вьюшки. Затем принялись за дело буксиры. Длинный корпус "Титаника" сантиметр за сантиметром начал удаляться от причала. Наконец лоцман скомандовал: "Малый вперед!" На ходовом мостике четвертый помощник капитана перевел ручку судового телеграфа, в машинном отделении раздался звонок, и два бортовых винта пришли во вращение. "Титаник" пошел в море, в свое первое и последнее плавание:

За сложными маневрами отплытия наблюдали сотни пассажиров, находившихся на прогулочных палубах "Титаника", и тысячи людей на берегу. И тут произошло нечто такое, что могло окончиться очень печально. В гавани у стенки стояли пароходы "Нью-Йорк и "Оушеник". В тот момент, когда "Титаник" проходил мимо "Нью-Йорка" и носовые части обоих судов оказались почти на одной линии, шесть стальных тросов, которыми был пришвартован "Нью-Йорк", неожиданно натянулись и раздался сильный треск, похожий на выстрелы из револьвера, и тросы лопнули. Их концы засвистели в воздухе и упали на набережную в испуганную, разбегающуюся толпу. Освободившийся "Нью-Йорк", будто под действием неведомой силы, кормой вперед, стал неудержимо приближаться к "Титанику". Матросы на палубе "Нью-Йорка", подгоняемые криками офицеров, помчались на корму, готовую вот-вот удариться о борт "Титаника" и начали сбрасывать за борт кранцы. Капитан Смит мгновенно приказал застопорить машины. Тут один из буксиров, которые минуту назад помогали "Титанику" отойти от причала, спешно обошел "Нью-Йорк" со стороны набережной, закрепил трос, брошенный ему с палубы и всей мощью своих машин попытался оттянуть судно назад к берегу. Но хлопоты с "Нью-Йорком" на этом не кончились. Несмотря на тщетные усилия небольшого буксира, он продолжал медленно двигаться в сторону стоявшего на якоре "Оушеника". Его носовая часть метр за метром приближалась к судну. Только потом, с помощью еще одного буксира, удалось оттащить "Нью-Йорк" к месту стоянки.

После предотвращения столкновения с "Нью-Йорком" машины "Титаника" опять заработали, и он стал медленно приближаться к выходу из гавани. Когда он проходил мимо "Оушеника", драматическая ситуация повторилась. Толстые канаты, которыми был пришвартован "Оушеник", натянулись, как струны. Корабль приближался к "Титанику" с такой силой, что было видно, как он накренился. На сей раз к счастью тросы выдержали. После этого "Титаник" направлялся в воды Саутгемптонского залива. Команда и пассажиры оживленно обсуждали взволновавшее их событие, свидетелями которого они стали. "Титаник" шел по заливу малым ходом. При входе в пролив, отделяющий побережье Южной Англии от северных берегов острова Уайт, он еще больше сбавил ход, повернув вправо, обошел Калшотскую косу, вошел в довольно узкий и мелкий Торнский канал, миновал буи, отмечавшие опасные мели, и на скорости всего в несколько узлов изменил курс влево, на восток, вдоль северного побережья острова Уайт.

Во второй половине дня "Титаник" прошел пролив Ла-Манш. Дул слабый ветерок и море оставалось почти спокойным. Солнце заливало светом палубы, но было довольно холодно. Однако это не мешало многим пассажирам, расположившимся в шезлонгах на прогулочных палубах, проводить время в приятной беседе. Когда солнце скрылось за горизонтом, показалось побережье Франции, большой маяк на мысе Аг и длинный волнорез, защищавший вход в шербурский порт. На "Титанике" застопорили машины, и к его борту подошли два вспомогательных судна компании "Уайт стар лайн" - "Номадик" и "Траффик", доставившие новых пассажиров и мешки с почтой.

Побережье Ирландии явилось взорам на следующий день после обеда. Машины вновь застопорили ход, чтобы в нескольких милях от Куинстауна взять на борт ирландского лоцмана. Затем медленно, непрестанно измеряя глубину "Титаник" двинулся к порту и примерно в двух милях от берега стал на якорь. Как и в Шербуре, вскоре после остановки к борту "Титаника" подошли два вспомогательных судна, был спущен трап, и пароход принял на борт последних 130 пассажиров, их багаж и почти 1400 мешков с почтой. Короткой стоянкой воспользовались журналисты и фотографы. Капитан Смит принял их очень любезно и позволил осмотреть судно, что было в интересах компании.

Ровно в половине первого раздался гудок, и все гости покинули лайнер. Пока небольшие суда отходили на безопасное расстояние, на "Титанике" подняли трапы и якорь, его винты вновь завращались. Теперь на палубах лайнера находились все участники первого плавания, всего 2201 человек. Экипаж составляли 885 человек, из них 66 человек палубной команды, 325 - машинной команды и 494 человека обслуживающего персонала, в том числе 23 женщины. Восемь судовых оркестранта были включены в список пассажиров II класса. После выхода из Куинстоуна число пассажиров на "Титанике" составляло 1316 человек: в I классе - 180 мужчин и 145 женщин(включая 6 детей), во II втором классе - 179 мужчин и 106 женщин(включая 24 ребенка) и в III классе - 510 мужчин и 196 женщин(включая 79 детей). Это означало, что жилые помещения I класса были заняты на 45 процентов, каюты II класса на 40 и III класса на 70 процентов.

"Титаник" взял курс на запад и начал увеличивать скорость. Его сопровождали стаи голодных чаек, привлекаемых остатками пищи и другими отходами, падавшими в воду. Всю вторую половину дня "Титаник" шел вдоль южного побережья Ирландии на расстоянии четырех-пяти миль от берега, обогнув юго-западный мыс Фастнет Рок и после захода солнца оказался в водах второго по величине океана на Земле.

На второй день плавания вечером, в четверг 11 апреля, "Титаник" шел со скоростью 21 узла по темным и холодным водам Атлантического океана. Пассажиры на ярко освещенных палубах развлекались, восхищаясь великолепным оснащением судно и его остойчивостью, отдавали должное, почти не слышной работе машин.

Утром 12 апреля на далеком горизонте неожиданно возник розовый солнечный диск. Он медленно поднимался на небо, озаряя лучами бескрайнюю зеленоватую водную равнину. И на четвертый день плавания, в субботу 13 апреля, на палубе "Титаника" царило полное спокойствие. Погода была великолепная, комфорт и роскошь такие, как было обещано: Дни бежали слишком быстро. Каждое утро колокол "Титаника" извещал, что в ресторанах подан завтрак, стюарды приносили пассажирам, согласным заплатить несколько шиллингов, двенадцатиполосный экземпляр газеты "Атлантик дейли бюллетин".

Общие данные:

  • Порт приписки - Ливерпуль.
  • Бортовой номер - 401.
  • Позывной сигнал - MGY.

Размеры корабля:

  • Длина - 259,83 метров.
  • Ширина - 28,19 метров.
  • Масса - 46328 тонн.
  • Водоизмещение - 52310 тонн.
  • Высота от ватерлинии до шлюпочной палубы - 19 метров.
  • От киля до верхушки трубы - 55 метров.
  • Осадка - 10,54 метра.

Технические данные:

  • Паровые котлы - 29.
  • Водонепроницаемые отсеки - 16.
  • Предельная скорость - 23 узла.

Спасательные средства:

  • Стандартных шлюпок - 14 (65 мест).
  • Разборных лодок - 4 (47 мест).

Пассажиры:

  • I класс: 180 мужчин и 145 женщин(включая 6 детей).
  • II класс: 179 мужчин и 106 женщин(включая 24 ребенка).
  • III класс: 510 мужчин и 196 женщин(включая 79 детей).

Члены команды:

  • Офицеры - 8 человек(включая капитана).
  • Палубная команда - 66 человек.
  • Машинное отделение - 325 человек.
  • Обсл. персонал - 494 человека(включая 23 женщины).
  • Всего на борту было - 2201 человек

Последний день

Воскресное утро 14 апреля обещало очередной приятный день. Вскоре после завтрака капитан в сопровождении старшего помощника, распорядителя рейса, старшего механика, старшего стюарда и старшего врача начал осмотр судна. Эта торжественная процедура, во время которой капитан и руководители отдельных служб, одетые в парадную форму, проходили по всему кораблю от носовой части до кормы и от самой верхней палубы до нижней, совершалась на подобных рейсах каждое воскресенье. В 11 часов, те из пассажиров, кто этого пожелал, собрались в ресторане I класса на богослужение. Проводить его было привилегией капитана. Своим спокойным ровным голосом Э. Дж. Смит читал молитвы, под музыку судового оркестра звучало религиозное песнопение.

Как только богослужение закончилось, стюарды начали готовить ресторан к обеду. Посередине просторного и светлого зала стоял стол капитана. Он любил обедать и ужинать в обществе пассажиров. Получить приглашение к его столу считалось честью. В этот воскресный день погода была такая же хорошая, как и в предыдущие дни. Море было спокойным, дул легкий ветерок, видимость была прекрасной. Этим утром развели пары в резервных котлах. Машины работали нормально, и Исмей со Смитом были уверены, что "Титаник" добьется лучших результатов, чем год назад его родственник "Олимпик" во время своего первого плавания. Днем "Титаник" шел со скоростью 21 узла, и для многих бывалых пассажиров постоянное увеличение скорости не оставалось не замеченным. Все были уверены, что "Титаник" станет на якорь в нью-йорском порту еще вечером во вторник.

Вторая половина воскресного дня проходила так же спокойно, как и предыдущие дни плавания. Но одно изменение все же произошло - заметно похолодало, а с приближением вечера становилось еще холоднее. Стояла такая же ясная погода при почти полном безветрии, но быстрый ход судна создавал неприятный холодный ветер, защищаясь от которого те немногие пассажиры, какие еще отважились оставаться на открытых палубах, кутались в теплые пальто. Остальные предпочли уйти в помещение или на закрытые прогулочные палубы.

Только около одиннадцати часов холлы, рестораны и курительные салоны стали пустеть. Оркестр на прощание исполнил отрывки из оперы Жака Оффенбаха "Сказки Гофмана". И лишь в курительном салоне I класса на палубе А оставались несколько молодых полуночников. Неожиданно резко похолодало, и некоторые пассажиры, перед тем как лечь спать, включили в своих каютах электрорадивторы. Но ночь была необыкновенно прекрасной.

Из двадцати девяти котлов "Титаника" работало двадцать четыре, больше, чем в начале плавания. Когда "Титаник" вышел в море, в его бункерах было 6000 тонн угля, и он поглощал за четырехчасовую смену около 101 тонны. В машинном отделении механики вслушивались в ход работы турбины и поршневых машин, малейшее отклонение от нормального ритма не должно было пройти мимо их внимания.

Уже несколько дней радиостанция "Титаника" принимала сообщения судов, проходивших вблизи Большой Ньюфаундленской банки, которые обращали внимание на необычно большое скопление айсбергов, оказавшихся значительно южнее, чем бывало в это время года. Каждое такое сообщение после приема передавалось вахтенному офицеру, а затем в штурманскую рубку. Однако в воскресенье 14 апреля ситуация выглядела значительно серьезнее.

Ходовые вахты на мостике в воскресенье были распределены таким образом: с 10 часов утра до 2 часов дня вахту нес первый помощник капитана Мэрдок, до 6 часов вечера - старший помощник Уайлд, до 10 часов вечера - второй помощник Лайтоллер, а затем вновь Мэрдок. Младшие офицеры заступали на вахту в следующем порядке: с 12 часов до 4 часов дня - третий помощник капитана Питман и пятый помощник Лоу, с 4 до 6 часов вечера - четвертый помощник Боксхолл и шестой помощник Муди. Затем с 6 до 8 часов вечера - Питман и Лоу и с 8 часов до полуночи - Боксхолл и Муди.

Роковой айсберг

Приближался одиннадцатый час вечера. В "вороньем гнезде" Реджинальд Робинсон Ли внимательно всматривался в горизонт. Вдруг ему показалось, что далеко впереди он видит легкую дымку. Вскоре он убедился, что ошибся. Туман заметил и Фредерик Флит. Дымка или легкий туман в районах дрейфующих айсбергов - явление обычное, однако ночью их очень трудно заметить. Низкий туман, стелющийся над поверхностью воды, в ночное время опасен прежде всего тем, что часто его можно увидеть только с большой высоты, например из "Вороньего гнезда", но никак не с носовой надстройки или мостика, откуда нельзя различить где кончается линия горизонта и начинается небосвод, поскольку оба одинаково черные. Вахтенный офицер Мэрдок, следивший с мостика за морем пред судном, находился на высоте двадцати трех метров над поверхностью воды, вахтенные же в "вороньем гнезде" - на шесть метров выше. Поэтому вполне понятно, что Мэрдок не увидел того, что увидели Ли и Флит, иначе такой опытный офицер, как он, при ухудшающейся видимости, вероятно, вызвал бы капитана и предложил бы снизить скорость. Но Мэрдок ничего не видел, а из "вороньего гнезда" предостережений не поступило. Даже днем слабый туман существенно уменьшал вероятность своевременного обнаружения дрейфующего айсберга. Ночью это становилось еще сложнее.

Однако "Титаник", самое большое и самое роскошное судно в мире, примерно в 23 часа ночи 14 апреля 1912 года шел через Северную Атлантику в районе дрейфующих льдов со скоростью 21, а может быть и 21.5 узла. Стрелки на мостике показывали 23 часа 39 минут. Двое впередсмотрящих, Флит и Ли, продолжали вглядываться с фок-мачты в окутанный туманом горизонт: казалось туман густеет, он становился все более явственным. Вдруг Флит прямо перед носом судна увидел что-то еще более темное, чем поверхность океана. Одну-две секунды он всматривался в эту темную тень, ему казалось, что она приближается и растет.

• Перед нами лед! - закричал он и тут же ударил в колокол, висевший в "вороньем гнезде". Три удара были сигналом, означающим, что прямо по курсу находится какой-то предмет. Одновременно он бросился к телефону, соединявшему "воронье гнездо" с мостиком. Шестой помощник Дж.П.Муди отозвался почти мгновенно.

• Лед прямо по носу! - выкрикнул Флит.

• Спасибо, - ответил Муди(его вежливый ответ потом станет частью легенды), повесил трубку и обратился к вахтенному офицеру Мэрдоку, прибежавшему с первого крыла мостика и встревоженному ударами колокола.

• Лед прямо по носу, сэр, - повторил Муди зловещее известие, которое он только что услышал.

Мэрдок бросился к телеграфу, поставил его ручку на "Стоп!" и тут же крикнул рулевому: - Право руля! Одновременно он передал в машинное отделение: - Полный назад!

По терминологии, существовавшей в 1912 году, приказ "Право руля" означал поворот кормы судна вправо, а носовой части влево.

Рулевой Роберт Хитченс налег всем своим весом на рукоятку штурвального колеса и стал быстро вращать его против часовой стрелки, пока не почувствовал, что штурвал остановился в крайнем положении. Шестой помощник капитана Муди доложил Мэрдоку: Руль право сэр!

В эту минуту на мостик прибежали еще два человека - рулевой Альфред Оливер, который тоже нес вахту, и младший офицер Дж.Г.Боксхолл, находившийся в штурмовой рубке, когда в "вороньем гнезде" раздался удар колокола. Мэрдок надавил на рычаг, включавший систему закрытия водонепроницаемых дверей в переборках котелен и машинных отделениях, и тут же отдал приказ рулевому: - Лево руля!

А в "вороньем гнезде" Фредерик Флит, как загипнотизированный, смотрел на темный и все увеличивающийся силуэт. "Титаник" на большой скорости по инерции двигался вперед. Прошла целая вечность, прежде чем его носовая часть начала медленно поворачиваться влево. Глыба льда неумолимо приближалась по правому борту, возвышаясь над палубой носовой надстройки. В последнюю секунду она пошла мимо носовой части и скользнула вдоль борта судна. Обоим вахтенным в ""вороньем гнезде" показалось, что "Титанику" все же удалось разминуться с айсбергом. Носовая часть уже отвернула градусов на 20 влево, когда судно слегка вздрогнуло и снизу, из под правой скулы могучего корпуса, раздался скрежет. Позднее Флит рассказывал, что в "вороньем гнезде" толчка вовсе не почувствовали, только услышали слабый скрип.

Но в действительности все было иначе и гораздо трагичнее. Предотвратить столкновение практически было невозможно. Последующие опыты с "Олимпиком" показали, что нужно около 37 секунд, чтобы изменить курс так, как это сделал "Титаник" в момент столкновения, то есть на 22 градуса или два румба по компасу. За это время судно, идущее со скоростью около 21 узла, пройдет вперед около 430 метров, а если учесть те несколько секунд, пока отдавался приказ об изменении курса, истинное расстояние составит 460 метров. По все вероятности это и было расстояние между айсбергом и "Титаником" в тот момент, когда его увидел Флит и передал сообщение на мостик.

На шлюпочной палубе "Титаника" все спасательные шлюпки были уже расчехлены. Второй помощник капитана Лайтоллер обратился к старшему помощнику Уайлду за разрешением опустить шлюпки до уровня палубы. Уайлд счел такой шаг преждевременным. Но лайтоллер был другого мнения и, считал, что времени осталось ало, пошел прямо к капитану Смиту. Тот разрешил вываливать шлюпки за борт. Прошло несколько минут, и Лайтоллер вновь обратился к старшему, можно ли начинать посадку. Уайлд вторично ответил отказом. Лайтоллер снова отправился на поиски капитана. Шум выходящего пара был настолько сильным, что второй помощник, приставив ладони ко рту, вынужден был кричать капитану в ухо: - Не лучше ли сэр, чтобы женщины и дети спустились в шлюпки? Капитан только кивнул головой в знак согласия. Лайтоллер приказал приспустить шлюпку N4 до уровня палубы А и вместе с группой пассажиров спустился вниз, полагая, что оттуда посадку будет производить легче.

Постепенно стих наконец невыносимый гул пара, выходившего из котлов. По сравнению с тем, что было несколько минут назад, над шлюпочной палубой "Титаника", несмотря на весьма оживленную суету вокруг спасательных шлюпок, воцарилась страшная тишина. И в этот момент все вдруг осознали, что происходит нечто нереальное: играла музыка! Судовой оркестр под управлением Уолласа Генри Хартли собрался вначале в просторном холле I класса, где столпились пассажиры, ожидавшие дальнейшего развития событий. Яркий свет и знакомые мелодии, прежде всего регтайма, в значительной степени помогли успокоиться и снять повышенную нервозность и напряжение. Потом восемь музыкантов перешли на шлюпочную палубу в выходу на парадную лестницу и продолжили импровизированный концерт.

Примерно в половине первого ночи первые шлюпки начали заполняться женщинами и детьми. Многие женщины колебались, они еще не считали положение настолько опасным, чтобы покидать внешне безопасную палубу огромного парохода и переходить в маленькие лодочки, висевшие на канатах над черной бездной океана на высоте более двадцати метров. Другие не хотели оставлять своих мужей. Пока нигде не было заметно признаков паники, не слышно криков или беготни. Пассажиры тихо стояли на палубе, наблюдая за работой экипажа, готовившего шлюпки, и ждали распоряжений. Неожиданно появился один из офицеров, по-видимому Лайтоллер, и крикнул: - Женщинам и детям садиться в шлюпки, мужчинам отойти в сторону! С правого борта спуском шлюпки N7 руководил первый помощник капитана Мэрдок. Женщины и дети с помощью членов экипажа с трудом преодолевали пространство, отделяющее палубу от борта подвешенной шлюпки. Посадка шла медленно, большинство пассажиров все еще колебались.

В то время как на шлюпочной палубе и в других местах огромного судна ход событий все ускорялся, рулевой Джордж Томас Роу продолжал нести вахту на кормовом мостике. С того момента, как час назад он в ужасающей близи от судна увидел айсберг, он ни с кем не разговаривал, ни от кого не получал никаких указаний и ничего не знал. Только с изумлением увидев на воде неподалеку от правого борта спасательную шлюпку, он решился позвонить на ходовой мостик и спросить что случилось. На другом конце провода оказался четвертый помощник капитана Боксхолл, которого этот вопрос буквально вывел из себя. Но вскоре стало ясно, что о Роу просто-напросто забыли, и Боксхолл приказал ему немедленно прибыть на ходовой мостик и принести сигнальные ракеты. Роу спустился палубой ниже, в кладовую, взял жестяную коробку с дюжиной ракет и пошел на нос.

А в рубке радиотелеграфист Филлипс, не переставая, передавал сигналы бедствия, записывал ответы судов, отвечал на их вопросы и уточнял первоначальную информацию. Брайд там временем выполнял функции связного между рубкой и ходовым мостиком. Время от времени заходил капитан Смит. В начале он очень рассчитывал на помощь "Олимпика", располагающего всем необходимым снаряжением для проведения подобной спасательной операции, но вскоре стало ясно, что это нереально. Судно находилось на расстоянии 500 миль от "Титаника". Это было слишком далеко. Даже при слишком высокой скорости, оно не могло придти раньше, чем "Титаник" затонет.

Шлюпки на воду…

На шлюпочной палубе продолжался спуск спасательных шлюпок. Когда третий помощник Питман предложил женщинам садиться в шлюпку N5, к нему присоединился и пятый помощник Лоу. Вокруг шлюпки собрались практически только пассажиры I класса. Когда поблизости уже не оставалось ни одной женщины, третий помощник Питман позволил сесть в шлюпку нескольким мужчинам. По правому борту шлюпочной палубы в течении всего времени спуска шлюпок действовало правило: женщины и дети садятся первыми, но когда поблизости их уже не оставалось или они не решались садиться, а в шлюпках имелись свободные места, их могли занять мужчины. На левом борту категоричный Лайтоллер был не столь благосклонен к мужчинам, он принципиально не пускал их в шлюпки.

У второго помощника капитана Лайтоллера на левом борту неожиданно возникла серьезная проблема - нехватка людей, которые могли бы спускать шлюпки. Палубная команда "Титаника", помимо капитана и семи офицеров, насчитывала 59 матросов. Часть из них была занята у шлюпбалок,где их число уменьшалось с каждой спущенной шлюпкой, часть занималась другими делами - например, открывала окна на палубе А. Кроме того, десять минут назад Лайтоллер отправил боцмана с шестью матросами вниз, чтобы они открывали порты с левого борта перед грузовым люком N2. Лайтоллер хотел, чтобы оттуда в спускаемые шлюпки могли сесть женщины и дети из III класса, которые все еще находились на нижних палубах. Боцман Николс и шесть матросов ушли, и больше их никто не видел. Скорее всего, в носовой части судна их неожиданно накрыла хлынувшая вода, и все они погибли. Когда Лайтоллер подсчитал, скольких людей ему не хватает, то получилось, что с каждой очередной шлюпкой он может отправить максимум двоих, если хочет обеспечить непрерывную эвакуацию пассажиров.

В ноль часов 55 минут, когда на правом борту готовилась к спуску шлюпка N5, Лайтоллер начал спускать шлюпку N6. Но у него остался только один матрос для обслуживания талей. Все время, пока продолжался спуск на воду спасательных шлюпок, с борта "Титаника" запускались сигнальные ракеты. После того, как были выпущены все ракеты, стало ясно, что "Титаник" обречен, и даже самые большие оптимисты, до сих пор верившие в его непотопляемость, отрезвели.

По мере того как огромное судно медленно погружалось в воду, офицеры стремились ускорить спуск шлюпок, поскольку никто точно не знал, сколько времени еще осталось. Набрав в трюм большое количество воды, "Титаник" начал крениться на левый борт, и между леерным ограждением шлюпочной палубы и бортами шлюпок образовалась метровая щель.

В то время, когда с правого борта спускалась шлюпка N13, на левом борту под руководством пятого помощника капитана Лоу готовили к спуску шлюпку N14. С момента столкновения с айсбергом прошло почти два часа, большая часть спасательных шлюпок была уже спущена, и на шлюпочной палубе, где до сих пор удавалось без особых проблем поддерживать дисциплину, ситуация начала ухудшаться. Из трюма выбралась толпа пассажиров III класса, и многих из них ужаснул вид сильно накренившейся палубы и пустые шлюпбалки. Стюарды и другие члены команды образовали вокруг последних спасательных шлюпок кордон, через который пропускали только женщин и детей, но напряжение с каждой минутой нарастало.

Шлюпка N14 быстро заполнилась женщинами и детьми, преимущественно из III класса, которые только сейчас оказались на шлюпочной палубе. Шлюпка была уже почти заполнена, когда стоявший поодаль шестой помощник капитана Дж.П.Муди заметил, что с левого борта спущены уже пять спасательных шлюпок, но ни в одной из них нет офицеров, поэтому хотя бы один из них должен сесть в шлюпку N14. Муди предложил сесть Лоу, а сам решил подождать следующей.

Между одним и двумя часами ночи 15 апреля 1912 года, когда большинство спасательных шлюпок "Титаника" было уже спущено на воду, эфир южнее Ньюфаундленда заполнили десятки, а возможно, и сотни сигналов судов, которые отвечали на отчаянные призывы о помощи, без устали передаваемые Джеком Филлипсом. Станция на мысе Рейс передала на континент сообщение о столкновении с айсбергом самого большого судна в мире. С того момента, как это сообщение поймал молодой радист Дэвид Сарнофф на крыше торгового дома Уонамейкена в Нью-Йорке, оно распространилось по США и Канаде как лавина. Журналы радиотелеграфистов пассажирских судов зафиксировали события страшной морской трагедии минута за минутой.

После затопления котельной N5 в следующих четырех в сторону кормы котельных отсеках кочегары прилагали асе усилия, чтобы не упало давление пара, чтобы могли работать насосы и поддерживалась выработка электроэнергии. Темнота на огромном судне, при том что на палубах даже после спуска большинства шлюпок оставалось более восьмисот пассажиров, вызвала бы панику и переполох. Когда произошло столкновение, многие кочегары, свободные от вахты, перед тем как получили приказ отправиться в котельные, видели на шлюпочной палубе подготовку к спуску шлюпок, посадку женщин и детей и то, как отходили первые спасательные шлюпки. Им было ясно, что положение очень серьезное. Об увиденном они рассказали своим товарищам. И тем не менее кочегары спустились глубоко в трюм, в самое опасное и страшное помещение на тонущем судне, и работали там до последней минуты.

Около 1 часа 20 минут вода начала проникать между стальными листами пола котельной N4. Она быстро прибывала, хотя насосы работали на полную мощность. Ничего не оставалось, как погасить огонь в топках и покинуть это помещение.

В 2 часа 5 минут на шлюпочной палубе настала очередь складной шлюпки D. Для ее спуска должны были использоваться шлюпбалки, освободившееся после спуска шлюпки N2. Шлюпку D переместили к краю палубы, подняли и закрепили стойками ее полотняные борта, а затем быстро подвесили на шлюпбалках. Второй помощник капитана Лайтоллер уже начал усаживать в нее женщин и детей.

Шел уже третий час ночи. "Титаник" накренился на левый борт, и его носовая часть погружалась уже все глубже. Через большие круглые окна на палубе С вливалась вода и затопляла роскошные каюты I класса. В безлюдных салонах, ресторанах и холлах горели хрустальные люстры, которые висели теперь под странным, неестественным углом, а там, где еще четыре часа назад наслаждались жизнью сотни людей в смокингах и дам в черных туалетах, царила мертвая тишина. В длинных коридорах лишь изредка раздавались торопливые шаги кого-нибудь из членов команды и пассажиров, бежавших на открытую шлюпочную палубу.

Сотни пассажиров, прежде всего III класса, и значительная часть членов команды боялись покидать судно. Большинству из них, в основном опять-таки пассажирам III класса, никто не объяснял, что они должны делать.

После спуска на воду шлюпки D на "Титанике" остались только две складные шлюпки А и В. Обе были укреплены на крыше офицерских кают перед первой дымовой трубой. Как и шлюпки C и D, они должны были быть спущены со шлюпбалок, на которых до этого времени висели шлюпки N1 и N2. Прежде всего необходимо было переместить их к шлюпбалкам.

Капитан Смит ходил по шлюпочной палубе и время от времени кричал в мегафон, чтобы спасательные шлюпки, спущенные на воду, держались неподалеку от судна. Он знал, что они не полностью загружены, и хотел, чтобы они подобрали еще какое-то количество потерпевших, которым неизбежно придется искать спасения в холодной воде. Но ни одна из шлюпок не отвечала на его призывы. Страх перед тем, что случится, когда судно уйдет под воду был сильнее. Примерно в то же время на шлюпочной палубе появились механики. Вода уже заливала носовую палубную надстройку, в трюме один за другим заполнялись отсеки, а корма задиралась все выше. Всем было ясно, что наступает последний акт трагедии.

Восемь музыкантов судового оркестра, надев спасательные жилеты, так и не покинули места, которое больше часа назад заняли на шлюпочной палубе у входа на парадную лестницу. Все это время они неутомимо играли мелодии, которые раньше поднимали настроение и создавали обстановку спокойствия и беззаботности, а сейчас помогали преодолевать тревогу и отгонять гнетущее чувство нарастающего страха. Когда капитан Смит разрешил команде покинуть судно, руководитель оркестра Уоллас Генри Хартли подал знак. Смолкли звуки веселого регтайма, и зазвучала величественная мелодия "Осени", одного из гимнов англиканской церкви. Торжественные звуки поплыли над опустевшими палубами самого большого в мире судна, погружавшегося в черную бездну.

Когда в третьем часу ночи был отменен запрет мужчинам из III класса выходить на шлюпочную палубу, из трюма хлынула огромная толпа, в которой оказалось много женщин, до той минуты остававшихся со своими мужьями, братьями или знакомыми. Вода уже затопила носовую часть шлюпочной палубы, и эти люди в полном отчаянии отступали все дальше и дальше к корме. Тем временем в трюм вливались тысячи тонн морской воды. Носовая часть "Титаника" все больше погружалась, но это происходило медленно, в сущности продолжаясь вот уже два часа. Однако примерно в 2 часа 15 минут произошло внезапное изменение, возвестившее о неотвратимом конце. Нос вдруг резко опустился, судно заметно двинулось вперед, и по его носовой части прокатилась мощная волна. В этот момент "Титаник" напомнил огромную ныряющую подводную лодку. Корма в свою очередь медленно поднялась, масса воды хлынула через носовую надстройку, затопила мостик, крыши офицерских кают и смыла все складные спасательные шлюпки. Волна смыла в море капитана Смита, которого еще несколько секунд назад видели на мостике с мегафоном в руке, старшего помощника Уайлда, первого помощника Мэрдока, шестого помощника Муди, восьмерых оркестрантов, многих члеов экипажа и пассажиров.

Тонущий "Титаник" все еще был освещен. Даже в той части, которая уже находилась под водой, в окнах кают и на прогулочных палубах продолжал гореть свет и сквозь слой воды мерцало фантасмагорическое сияние. Наклон корпуса достиг 45 градусов, носовая часть опускалась все быстрее, а корма задиралась все выше. Неожиданно все огни погасли, и судно исчезло во тьме. Вдруг оно еще раз на одно мгновение озарилось ослепительной вспышкой, и свет погас навсегда. Одновременно с этим раздался раскатистый гром, шедший из трюма. Это срывались с фундамента паровые машины, котлы и обрушивались на носовые переборки водонепроницаемых отсеков. Облегченная корма начала резко подниматься, тогда как носовая часть, где к тысячам тонн воды прибавилась огромная масса паровых машин и котлов, начала так же быстро погружаться.

Когда грохот прекратился, корма "Титаника" поднялась почти вертикально над поверхностью воды. На несколько секунд "Титаник" замер, а затем его корпус начал быстро погружаться. Прошло совсем немного времени , и вода сомкнулась над кормовым флагштоком. Третий помощник капитана Питман, находившийся в шлюпке N5, посмотрел на часы: было 2 часа 20 минут ночи 15 апреля 1912 года. Агония самого большого и самого прекрасного судна в мире, самого совершенного из всех, какие создал человек, чтобы покорить океан, кончилась. Океан победил...

Погружение

2 часа 17 минут. Носовая часть погрузилась в воду, рухнула первая труба. Большая волна движется к корме и смывает ходовой мостик, надстройки с каютами офицеров и стеклянным куполом над парадной лестницей.

Носовая часть ушла под воду, обламывается вторая труба. Корма поднимается под углом 45 градусов, и киль испытывает огромные перегрузки.

2 часа 18 минут. Корпус разламывается, рушатся третья и четвертая трубы. Корма погружается в воду, и после перелома киля обе части судна отделяются друг от друга.

Носовая часть опускается на дно, корма погружается в воду. На дно падает большое количество обломков.

2 часа 19 минут. Передняя часть кормы заполняется водой и сместившимися на нее механизмами, становится почти вертикально и поворачивается вокруг своей оси. Примерно через минуту она исчезает под водой.

В ледяной воде

В 2 часа 20 минут, "Титаник" исчез в глубинах океана, но именно теперь, трагедия этой ночи достигла кульминации. Ужас охватил сотни мужчин, женщин и детей, которые боролись за жизнь на поверхности воды, покрытой всякими обломками. Это была тщетная борьба. Все эти несчастные постепенно теряли в ледяной воде силы, пронизывающий холод сковывал их тела, и они один за другим умирали.

Известно, что капитан Смит приказывал командирам спасательных шлюпок держаться поблизости. Он надеялся, что, если в шлюпках будут места, они подберут тех, кто окажется в воде. Этот последний приказ капитана "Титаника" выполнен не был. Шлюпки удалялись от "Титаника" из опасения, что их может затянуть мощный водоворот, который возникнет после того, как судно пойдет ко дну, или в случае взрыва котлов их накроют летящие обломки. Поэтому, когда люди стали прыгать с палуб - сначала их было немного, - до шлюпок добрались единицы. Когда же в последние критические минуты судно сразу покинули сотни пассажиров, команды шлюпок, опасаясь за свою жизнь, побоялись приблизиться к этой страшной массе.

Некоторые шлюпки при спуске были загружены полностью и не могли уже взять никого, другие - только наполовину. Их командиры стояли перед выбором, по всей вероятности, самым трудным в их жизни: вернуться и рисковать, сознавая, что на бортах шлюпки повиснут десятки обезумевших от страха людей, которые любой ценой будут стремиться попасть в шлюпку, или не приближаться и предоставить их судьбе? Они знали, были почти уверены, что шлюпки не выдержат натиска, перевернутся, и десятки людей, кто уже оказался о относительной безопасности, кончат жизнь а ледяной воде - я это были преимущественно женщины и дети. Опасность увеличивало еще и то обстоятельство, что члены команды "Титаника", приписанные к спасательным шлюпкам, не прошли необходимых тренировок и не могли ни должным образом управлять ими, ни грести. Командиры шлюпок в своем большинстве не были трусами. Это были нормальные люди, но оказавшиеся в очень сложной ситуации и в конце концов решившие не возвращаться к месту погружения судна, откуда неслись отчаянные призывы о помощи. И только некоторые отважились, но было уже слишком поздно.

Взвесив все обстоятельства, можно сказать, что по крайней мере в случаях, когда шлюпки были полупустыми, например в шлюпке N7 ,было 27 человек, в шлюпке N6 - 28 человек, а в шлюпке N1 - всего 12, необходимо было позаботиться о спасении тонущих (на "Титанике" были деревянные спасательные шлюпки вместительностью 65 и 40 человек). Единственную организованную попытку спасения людей предпринял пятый помощник капитана "Титаника" Лоу. И хотя он принял решение очень поздно, несколько человек были обязаны ему жизнью.

Спасательной шлюпкой N5 (она была спущена одной из первых) командовал третий помощник капитана Питман. После спуска на воду, шлюпка сразу же отошла от судна на триста-четыреста метров. Потом вблизи появилась шлюпка N7, и Питман приказал обеим шлюпкам "счалиться". Он был убежден, что, если еще до рассвета подойдет какое-нибудь судно, две шлюпки, особенно если сидящие в них встанут, в темноте будут видны лучше, чем одна. Для выравнивания загрузки он разрешил перейти двум мужчинам и одной женщине с ребенком из шлюпки N5, в которой был 41 человек, в шлюпку N7, где было 27 человек.

После спуска на воду спасательной шлюпки N3 никто из ее пассажиров, а это в основном были пассажиры I класса, не хотел удаляться слишком далеко от "Титаника": вблизи огромного судна все чувствовали себя более или менее в безопасности, никто не верил, что оно может затонуть, в конце концов можно будет вернуться в свои каюты. Но время шло, очертания судна как бы уменьшались, огни исчезали, а носовая часть погружалась в воду. Только теперь гребцы налегли на весла. В шлюпке не было ничего, чем можно было бы поддержать силы в случае, если придется надолго остаться в океане. С обеспечением спасательных шлюпок провиантом, водой и другими необходимыми вещами, такими как компасы, сигнальные ракеты, фонари, положение было катастрофическим. Ни одна спасательная шлюпка не должна была быть спущена на воду без штатного имущества. Тем не менее большинство шлюпок покидали судно без спасательного снаряжения и без шлюпочной команды, способной к активным действиям. Даже в шлюпке N3, хотя в ней было 15 членов команды, никто грамотно не умел обращаться со шлюпкой и понятия не имел о навигации. Двое из них не могли даже управиться с веслами и быстро их потеряли, поэтому все попытки идти на веслах ни к чему не привели и пришлось просто лечь в дрейф. Огромным счастьем для всех было то, что океан в ту ночь был на редкость спокойным. Что было бы при сильном ветре и сильном волнении? Об этом никто не хотел даже думать.

В то время как в некоторых спасательных шлюпках царила напряженная атмосфера с острыми спорами и взаимными оскорблениями, иная ситуация сложилась в спасательной шлюпке N13. И здесь, конечно были большие проблемы с управлением шлюпкой у малоопытных кочегаров и стюардов, составлявших ее команду. Едва шлюпка удалилась от тонущего "Титаника", ее экипаж даже не знал, что надо делать и куда плыть. Было ясно, что никто не знает, что надо делать, чтобы остаться в живых. Некоторые из членов команды, очевидно, перед тем, как покинуть "Титаник", что-то слышали о том, что удалось связаться по радио с другими судами, но конкретно говорили только об "Олимпике", идущем на помощь. Сразу же, как только шлюпка N13 оказалась на воде, все увидели на горизонте какие-то огни и, без сомнения, приняли их за огни идущего на помощь судна, но огни стали удаляться и скоро исчезли. Еще несколько раз все, кто был в шлюпке, полагали, что видят огни судна, но всякий раз оказывалось, что это лишь звезды, ярко светящие у самого горизонта. Подобные ошибки неудивительны. После спуска шлюпки, огни на палубах и в каютах "Титаника" еще горели, и ничто, казалось, не говорило о том, что большое судно смертельно ранено. Но одна деталь насторожила тех, кто был в шлюпке: ряды огней на "Титанике" находились под углом у поверхности океана, и угол заметно увеличивался. Огни в носовой части исчезали под водой, а на корме поднимались вверх, но многие в шлюпке еще надеялись, что судно останется на плаву. Когда "Титаник" поглотила почина, команда шлюпки N13 пыталась криками поддерживать связь с другими шлюпками, находившимися поблизости. Ни на одной из них, не было огней, поэтому увидеть что-либо в темноте было практически невозможно. Нарастало опасение, что без сигнальных огней шлюпки легко могут оказаться под штевнями судов, спешивших к месту катастрофы.

Рулевой "Титаника" Уолтер Перкис, командир спасательной шлюпки N4, оказался одним из немногих, кто выполнил приказ капитана не удаляться от "Титаника". Некоторые женщины в шлюпке, напуганные падавшими с палуб в воду предметами и страшными звуками, доносившимися из утробы сильно накреняющегося судна, хотели как можно скорее удалиться от него, но Перкис не нарушил приказа капитана.

Троим из тех, кто прыгнул с "Титаника" в воду, удалось доплыть до шлюпки N4, куда их и втащили. Это были матрос Сэмьюэл Хемминг, который по последней минуты помогал Лайтоллеру у складной шлюпки В, кладовщик Прентис и вдрызг пьяный кочегарПадди Диллон. "Титаник" стремительно погружался, шлюпку могло затянуть под воду. Медлить Перкис больше не мог. Когда над "Титаником" сомкнулись воды и на поверхности оказались сотни людей, призывающих на помощь, шлюпка находилась от них почти в трехстах метрах. Перкис и его помощник У.Маккарти, посовещались и решили вернуться и попытаться кого-нибудь спасти. Шлюпка приблизилась почти к тысячеголовой массе несчастных, и матрос Маккарти с кем-то из пассажиров втащили в нее пятерых. Все они уже настолько закоченели, что могли едва передвигаться. Двое из них, матрос Лайонс и стюард Сиберт к утру умерли.

Спасательной шлюпкой N14 командовал пятый помощник капитана Гарольд Г.Лоу. Около двух часов ночи в ста пятидесяти метрах от тонущего "Титаника" он собрал вместе три шлюпки - N10, N12 и складную шлюпку D. Через полчаса к ним присоединалась шлюпка N4, и Лоу принял командование этой маленькой флотилией.

Вскоре Лоу осуществил организованную попытку оп спасению тонущих. Было ясно, что возвращаться пяти нагруженным шлюпкам к массе обезумевших людей, боровшихся за жизнь, было самоубийством. Поэтому Лоу пересадил 57 человек из своей шлюпки в остальные четыре и с лучшими гребцами, добровольцами из всех пяти шлюпок, поплыл к месту катастрофы. С ним пошли шесть человек, пятерых из них он посадил на весла, матроса первого класса Джозефа Скэррота определил впередсмотрящим, а сам встал на руль.

В ходе американского расследования было установлено: в ночь с 14 на 14 апреля в районе гибели "Титаника" температура воздуха была минус три градуса, воды - минус два градуса. Более тысячи человек продержались в ледяной воде около получаса, а большинство - значительно меньше.

Из двадцати пяти человек, переживших страшную ночь на днище складной шлюпки, около двадцати перебрались в шлюпку N4, а остальных, взяла шлюпка N12. Шлюпка N12 была уже опасно перегружена. Лайтоллер, приняв командование, встав за руль, насчитал 65 человек, но это без тех, кто лежал на дне. Разглядев их, он прикинул, что в шлюпке было человек 75.

В 6 часов 30 минут утра, шлюпка двинулась к "Карпатии". Она сидела глубоко в воде, и Лайтоллер правил очень осторожно - начинало штормить. Поэтому прошло более двух часов, прежде чем шлюпка преодолела четыре мили, отделяющие ее от "Карпатии", и люди наконец поняли, что спасены.

Приход Карпатии

В 2 часа 35 минут на мостик "Карпатии" поднялся судовой врач доктор Макги и доложил капитану Рострону, что его приказания выполнены и все готово для приема пострадавших. В этот момент Рострон увидел на горизонте зеленую сигнальную ракету. Он взволнованно крикнул: - Там огонь! Они еще держатся на плаву!

Уже час назад радист Гарольд Коттэм принял радиограмму о затоплении машинного отделения "Титаника", и стало ясно, что положение гигантского судна критическое. С тех пор не поступало ни одного сообщения, но это еще не означало, что все кончено. "Титаник" мог продолжать свои передачи, просто мощность радиостанции "Карпатии" была недостаточной для приема затухающих сигналов. Зеленая ракета возродила надежду, что все0таки удастся достичь места катастрофы вовремя. О том, что эта ракета была одной из четырех, которые пустил со спасательной шлюпки Боксхолл, никто на "Карпатии" тогда, конечно не знал.

Спустя минуту или две после того, как заметили ракету, второй помощник Биссет сообщил, что в трех четвертях мили по курсу айсберг. В этот момент его увидел и капитан Рострон и приказал изменить курс и сбавить ход до малого. Перейдя на левое крыло мостика и увидев, что айсберг миновали благополучно, он дал команду лечь на прежний курс и увеличить ход до полного. Но появлялись все новые и новые айсберги. Их вовремя обнаруживали, и "карпатия", не сбавляя хода, лавировала между ними более получаса. В эти драматические минуты капитан Рострон выполнял проводку своего судна мастерски, полностью осознавая, что жизнь пассажиров тонущего "Титаника", зависит от его внимания, быстроты принятия решений и своевременного поворота штурвала.

Рострон был человеком среднего роста с резкими чертами лица и проницательным взглядом. Он был приверженцем строгой дисциплины и отличался от "морских волков" нетерпимым отношением к алкоголю, курению и нецензурным словечкам.

"Карпатия" приближалась к точке, координаты которой передал радист "Титаника". Капитан Рострон приказал пускать сигнальные ракеты каждые четверть часа, сообщая тем самым, что помощь близка. Но минуты шли, и даже самые большие оптимисты на судне стали терять надежду.

В 3 часа 35 минут "Карпатия" была почти на месте. Теперь они должны были уже видеть "Титаник"! Но его не было. Около четырех часов Рострон приказал застопорить машины. Рассветало.

В 4 часа старший помощник Ханкинсон сменил первого помощника Дина, а к штурвалу стал новый рулевой. И тут метрах в четырехстах взметнулась зеленая ракета. Все сразу поняли, что это сигнал со шлюпки. Дали ход - капитан решил подойти к шлюпке левым бортом, чтобы она оказалось с подветренной стороны. Но в этот момент второй помощник Биссет заметил прямо по курсу дрейфующий айсберг, и Рострон уже не мог выполнить задуманный маневр: шлюпка оказалась по правому борту. В рассветных сумерках все яснее проступали ее очертания, она почти не двигалась вперед, как будто гребцов оставили силы. Это была шлюпка N2, которой командовал четвертый помощник капитана Боксхолл.

Вслед за спасательной шлюпкой N2, которая в 4 часа 10 минут первой достигла "Карпатии", начали подходить и другие. Шлюпка N13 в последний момент вынуждена была обойти большой айсберг, оказавшийся прямо между ей и судном. В 4 часа 30 минут шлюпка подошла к левому борту "Карпатии", и первыми по шторм трапам стали подниматься женщины. Матросы "Карпатии" для большей надежности страховали их канатами, продетыми под мышки. Маленьких детей поднимали в мешках. Затем поднялись мужчины и шлюпочная команда.

Обстановка в районе гибели "Титаника" 15 апреля 1912 года

В 6 часов подошла шлюпка N3, в которой наряду с другими, находились издатель Генри Слипер Харпер, его жена, переводчик-араб и собака. Около шести часов из складной шлюпки С на палубу поднялся Дж.Брюс Исмей и, сделав несколько шагов, он прислонился к палубной надстройке.

Около 7 часов к борту "Карпатии" под парусом подошла шлюпка N14, тянувшая на буксире складную лодку D. Шлюпкой N14 командовал пятый помощник капитана Гарольд Лоу. Обе шлюпки благополучно пришвартовались. Пока пострадавших поднимали на палубу, Лоу с присущей ему аккуратностью уложил мачту и парус. Он любил порядок.

В 8 часов 15 минут "Карпатия" приняла на борт почти всех, кроме тех, кто находился в шлюпке N12. В то время та была еще довольно далеко, и было видно, что движется она с трудом. Примерно 75 челловек, нашедшие в ней пристанище, настолько прегрузили шлюпку, что ее борта оказались почти вровень с водой, и даже при небольшой волне она в любой момент могла затонуть. К счастью, командовал ею Чарлз Лайтоллер. На "Карпатии" все с затаенным дыхания наблюдали за шлюпкой. Лайтоллер пересадил большую часть людей на корму, чтобы облегчить управление.

В 8 часов 20 минут, шлюпка была приблизительно в двухстах метрах от "Карпатии". Капитан Рострон, понимая, что каждая следующая минута может быть роковой, чуть развернул "Карпатию" и тем самым наполовину сократил расстояние до шлюпки. Из шлюпки N12 на борт "Карпатии" поднялся и младший радист "Титаника" Гарольд Брайд с обмороженными ногами. Наверху его подхватили, но силы его были на исходе, и, сделав всего один шаг, он рухнул на палубу.

После прихода последней спасательной шлюпки на "Карпатии" оказалось 706 человек с погибшего судна. Только 706 человек, которым посчастливилось спастись. И лишь теперь капитан Рострон и его помощники осознали масштабы страшной трагедии. Погиб капитан самого большого и самого роскошного судна в мире, трое из семи помощников капитана, старший механик со всеми своими помощниками, конструктор судна Томас Эндрюс и все восемь служащих верфи Белфаста, распорядитель рейса и его помощники, судовой врач со своим заместителем, все восемь музыкантов судового оркестра, почти весь персонал французского ресторана, все лифтеры и мальчики посыльные, все служащие судовой почты. Погибло большинство из 57 миллионеров, ехавших в I классе. Океан не знал сострадания:

Все пустые шлюпки "Титаника", которые можно было разместить на "Карпатии" подняли на палубу - шесть поставили на носовой палубе, а семь подвесили на шлюпбалках.. "Карпатия" медленно двигалась вдоль кромки ледяного поля. Надеялись спасти еще кого-нибудь, но горизонт был чист. Не осталось почти никаких следов, свидетельствующих о том, что несколько часов назад произошла страшная морская трагедия, что в этом месте затонул плавучий дворец и погибло около 1500 человек. Тут и там попадались какие-то деревянные обломки или куски пробки. С "Карпатии" заметили только одно неподвижное тело в спасательном жилете, которое плавало на поверхности воды. И больше ничего. Рострон знал - остаться живым в такой ледяной воде абсолютно невозможно.

Теперь надо было решать, куда направить судно, переполненное людьми. Ближе всего был порт Галифакс в Новой Шотландии, но Рострон полагал, что путь туда забит льдом, а потому не хотел напрасно рисковать. Идеальным портом для захода и прежде всего в интересах пострадавших представлялся порт Нью-Йорк. Около 9 часов 10 минут утра "Карпатия" взяла курс на Нью-Йорк.

Общее количество спасенных, которых "Карпатия" увозила с места трагедии, было 705 человек. Спаслось:

  • 60% пассажиров I класса "Титаника" (94% женщин и детей и 31% мужчин).
  • 44% пассажиров II класса "Титаника" (81% женщин и детей и 10 % мужчин).
  • 25% пассажиров III класса (47% женщин и детей и 14 % мужчин) и 24% членов команды (87% женщин и 22%мужчин). То есть примерно две трети людей, находившихся на "Титанике" в его первом плавании, погибли.

В среду 17 апреля "Карпатия" попала в густой туман, в котором пробиралась практически до самого Нью-Йорка. Капитан Рострон вынужден был сбавить ход и приказать каждые полминуты подавать сигнал сиреной, предупреждая все ближайшие плавучие средства об опасности. В четверг днем наконец-то услышали ревун плавучего маяка у мыса Файр, а затем, в шесть часов вечера, "Карпатия" подошла ко второму маяку у входа в канал Амброз, где предстояло взять лоцмана, для проводки судна по нью-йорскому заливу в порт. Только теперь, уставший капитан Рострон облегченно вздохнул.

75 лет спустя

Прошли годы, целые десятилетия. Нагромождались события, которые по своей значимости во многом превосходили трагедию “Титаника”. Прогремели две мировые войны, совершались революции, менялись границы государств, вырастали новые поколения. Люди, которые в 1912 году были связаны с судьбой плавучего дворца, уходили в иной мир.

О “Титанике”, погребенном в глубинах океана в четырехстах милях к югу от Ньюфаундленда, никогда не забывали, и время от времени в мировой печати появлялись сообщения о планах его поисков и подъема. Сразу же после катастрофы семьи миллионеров – Асторы, Гуггенхеймы и Уайднеры – обсуждали вопрос о подъеме “Титаника” с американской фирмой “Мерритт энд Чэпмэн”, специализировавшейся на подводных спасательных работах. Они хотели найти тела своих погибших родственников и должным образом их похоронить. Однако, несмотря на наличие достаточных финансовых средств, специалисты понимали, что с технической точки зрения такая операция в то время была неосуществима. Обсуждался даже план сбросить на морское дно заряды динамита в надежде, что от взрывов на поверхность поднимутcя некоторые тела. Но и от этого, в конце концов, отказались.

Позднее появился еще целый ряд проектов подъема “Титаника”. Например, предлагалось заполнить корпус судна пингпонговыми шариками или прикрепить к нему баллоны с гелием, которые поднимут его на поверхность. Было и множество других проектов, по большей части фантастических. Наиболее реальный проект был предложен в 1968 году Обществом По спасению “Титаника”, основанным англичанином Дугом Вулли. Суть его заключалось в том, чтобы к корпусу судна прикрепить емкости, наполненные водородом, полученным путем электролиза морской воды. Но и этот план остался только на бумаге, поскольку Вулли не смог собрать 300 миллионов долларов для его финансирования.

Разумеется, прежде чем серьезно обсуждать возможности подъема “Титаника”, его сначала надо найти. Те, кто полагали, что это легко, поскольку координаты, в которых от затонул, известны и нужно только прибыть на указанное место, обозначенное координатами 41 градус 46 минут северной широты и 50 градусов 14 минут западной долготы, глубоко ошибались.

Первую, действительно серьезную попытку найти “Титаник” предпринял техасский нефтяной магнат Джек Гримм. Этот богач, который финансировал уже несколько необычных экспедиций, казалось, намеревался любой ценой войти в историю. Он зафрахтовал специальное судно “Г.Дж.У.Фей”, пригласил двух известных в мире океанологов и 14 июля 1980 года вышел из Флориды к Ньюфаундледу. Замысел экспедиции состоял в том, чтобы исследовать район вблизи координат, переданных “Титаником”, а в случае неудачи переместиться на восток, поскольку помощники Гримма считали, что общепризнанные координаты гибели “Титаника” ошибочны. Экспедиция располагала гидроакустической аппаратурой SEA MARC, которую опускали под воду и буксировали за судном.

Но Джеку Гримму удача не улыбнулась. Несмотря на огромные расходы, “Титаник” не обнаружили ни в 1980 году, ни в ходе второй и третьей экспедиций в 1981 и 1983 годах. Причина неудачи заключалась в дилетантстве и упрямстве Гримма. Не повезло ему и с погодой – за время трех экспедиций он провел в районе гибели “Титаника” в общей сложности лишь 40 суток, да и то лишь однажды скорость ветра была менее 13-18 миль в час. В таких условиях работать было очень тяжело. Кроме того, Гримм приступил к работе, не имея ни полного представления, где будет вести поиски, ни достаточного времени для их расширения. Поиски он вел бессистемно – вместо сплошного обследования района, часто метался из стороны в сторону и возвращался туда, где, ему казалось, приборы что-то обнаружили. И наконец, он не доверял ученым, которые его сопровождали, и действовал вопреки их советам.

Тринадцать лет готовился к поискам “Титаника” руководитель лаборатории глубоководных исследований Вудс-Холского океанографического института в штате Массачусетс доктор Роберт Д.Баллард. Этот выдающийся морской геолог изучил все доступные исторические материалы, касавшиеся знаменитого судна. Его обширные научные знания были подкреплены высоким профессионализмом технического персонала одного из ведущих океанографических научных учреждений мира. Шаг за шагом он шел к своей цели. Конечно, основной предпосылкой успеха задуманной экспедиции было наличие необходимого технического оборудования, а для этого нужны были деньги. В начале 70-х годов были построены лишь опытный образец мини подводной лодки “Элвин”, которая могла опускаться на глубину около 2000 метров с командой из трех человек, и буксируемое устройство ANGUS (Acoustically Navigated Geological Underwater Survey). Основное судно буксировало погруженный ANGUS, а его камеры в это время производили съемку морского дна. Но “Элвин” не смог достичь глубины, где находится “Титаник”, а ANGUS не был достаточно оперативен – отснятый материал можно было проявить и изучить, только подняв аппарат на поверхность. Поэтому доктор Боллард предложил командованию военно-морского флота оказать финансовую поддержку в разработке двух более совершенных устройств: подводной лодки без экипажа “Арго” и робота “Ясон”. “Арго”, как и ANGUS, представлял собой металлическую конструкцию, оснащенную пятью видеокамерами и двумя гидроакустическими системами. На поверхности “Арго” должно было буксировать основное судно, а робот “Ясон”, соединенный с ним кабелем, включался тогда, когда обнаруживалось нечто, что требовало более тщательного изучения. Комбинация “Арго” - “Ясон” позволила бы исследователям, находящимся в рубке основного судна, вести тщательные наблюдения за морским дном. Руководство военно-морского ведомства поняло, какие возможности сулит это предложение, и выделило требуемые средства.

Доктор Роберт Д.Баллард

Летом 1985 года строительство “Арго” на стапеле Вудс-Холского института было завершено, и военно-морское ведомство решило финансировать его трехнедельные испытания (в безупречности первоначальной идеи робота “Ясон” появились сомнения , поэтому его строительство было приостановлено). Это был миг, которого доктор Баллард ждал несколько лет. Для испытаний он выбрал район гибели “Титаника”, и обнаружение останков судна стало бы лишь логическим финалом. Программа экспедиции была разделена на два этапа: сначала исследовательское судно “Сюруа” под руководством приятеля Балларда Жан-Луи Мишеля обследует определенный район морского дна с помощью своей новой гидроакустической аппаратуры SAR, а затем американское исследовательское судно “Норр” с помощью “Арго” проведет визуальную проверку всех заcлуживающих внимания объектов, которые обнаружит SAR. Время, оставшееся до начала экспедиции, доктор Баллард и Жан-Луи Мишель посвятили окончательному уточнению района поисков. Они собрали множество данных о месте давней катастрофы, не оставив без внимания и вопрос о точности места гибели “Титаника”, то есть координат, которые расчитал четвертый помощник капитана Боксхолл. В конце концов они обозначили район первоначальных поисков площадью в сто одну квадратную милю, а в случае неудачи решили обследовать еще сто пятьдесят квадратных миль.

5 июля 1985 года “Сюруа” прибыл в обозначенный район и начал обследование морского дна. Доктор Баллард присоединился к французам 22 июля. К концу четвертой недели “Сюруа” обследовал 70 процентов площади первоначального района поисков, но “Титаника” так и не обнаружили. Результаты поисков для Жан-Луи Мишеля и его товарищей явились большим разочарованием. Но, как сказал доктор Боллард, стало хотя бы известно, где “Титаника” нет. Теперь эстафету должны были принять американцы.

Судно “Норр” с “Арго” и аппаратом ANGUS на палубе пришло в район поисков 24 августа всего на двенадцать суток. Руководил операцией доктор Боллард, но на “Норре” находились также Жан-Луи Мишель и два сотрудника Французского океанографического института. Днем 25 августа “Арго” был впервые опущен в морские глубины. После шести дней безрезультатных поисков доктор Баллард начал серьезно опасаться за успех экспедиции: для поисков осталось всего пять дней. Кроме того, начала портиться погода.

1 сентября 1985 года в ноль часов 48 минут на мониторе, связанном с видеокамерой “Арго”, показались какие-то странные тени. Вскоре стало ясно, что это не что иное, как разбросанные по дну обломки судна “Титаник”?! Никто из присутствовавших в операторской и напряженно вглядывавшихся в экран, не решался сразу разбудить доктора Болларда – никто еще не был уверен до конца, что это “Титаник”, и никому не хотелось выглядеть смешно в глазах ученого. Наконец, когда появился силуэт огромного судового котла, послали за шефом. Биллард, измученный неудачами, еще не спал и, узнав о том, что происходит, пулей вылетел из каюты. Одного взгляда на экран было достаточно. Он увидел огромный цилиндрический предмет с тремя круглыми отверстиями в одной из стенок. Сомнений не было – это был один из котлов “Титаника”. Впервые, через 73 года после катастрофы, глаза человека увидели останки знаменитого судна.

На следующий день был обнаружен корпус “Титаника”, и на дно немедленно отправили ANGUS для проведения фотосъемки. Большой неожиданностью и одновременно разочарованием явилось отсутствие кормы “Титаника”. Из этого следовало, что огромный корпус судна разломился при погружении на две части. В оставшиеся четыре дня на “Норре” практически никто не спал. “Арго” и ANGUS сделали тысячи фотографий. По морскому дну было разбросано невероятное количество предметов: это были части надстроек, обломки оборудования кают, рассыпавшийся уголь, бутылки вина, детали приборов, куски обшивки. Наконец обнаружили и вторую часть разломившегося корпуса – корму судна, находившуюся примерно в 650 метрах от носовой части. Ни корма, ни носовая часть, опустившись на дно, не перевернулись. Самое большое судно в мире покоилось в своей могиле, как бы вытянувшись в длину. В этом положении оно и пролежало на дне океана три четверти столетия. Сообщение о том, что “Титаник” найден, как молния облетело весь мир.

Через год, 12 июля 1986 года, доктор Баллард и его команда вернулись к месту гибели “Титаника” на судне “Атлантис II”, на сей раз уже без французов. Они распологали отличной подводной лодкой “Элвин”, которая могла погружаться на 4000 метров, и роботом “Ясон юниор” – существенно улучшенным вариантом первоначального “Ясона”. Основную долю расходов по проведению новой экспедиции взял на себя военно-морской флот США, поставив в качестве главной задачи проверку работоспособности робота “Ясон юниор”. В носовой части “Элвина” находилась титановая кабина шарообразной формы, диаметром два метра для экипажа из трех человек. Автономное движение обеспечивали аккумуляторы. “Элвин” был оснащен видеокамерами, фотоаппаратами и акустическим телефоном для связи с “Атлантисом II”. Спереди же имелась механическая рука и выступающая конструкция, служившая “гаражом” для робота “Ясон юниор”. Робот весом 152 килограмма был соединен с “Элвином” семидесятиметровым кабелем, оснащен собственным двигателем, видео и кинокамерами. Четыре электромотора обеспечивали высокую маневренность, управление велось дистанционно из кабины “Элвина”.

Робот "Ясон Юниор" у открытого окна каюты I-го класса

13 июля доктор Баллард с двумя сотрудниками, вошли в шарообразную кабину. Кран поднял с палубы мини подводную лодку, опустил ее на воду, и начался первый, продолжавшийся два с половиной часа, спуск к обломкам “Титаника”. Четыре “гири”, прикрепленные к корпусу лодки, тянули ее вниз. Когда она достигла дна, ее освободили от двух “гирь”, и лодка смогла свободно передвигаться. Для подъема на поверхность необходимо было освободиться от двух оставшихся “гирь”. Во время первого спуска доктор Баллард смог осмотреть корпус “Титаника” всего в течении двух минут. В аккумуляторах произошло короткое замыкание, и, к большому сожалению команды, не осталось ничего другого, как всплыть. На глубине четырех километров, при давлении 500 килограммов на один квадратный сантиметр, рисковать было нельзя. Доктор Баллард и его коллеги хорошо понимали, что при любой аварии практически нет надежд на спасение.

На следующий день после устранения неполадок приступили ко второму спуску. “Элвин” опустился на дно и приблизился к носовой части “Титаника”. Только теперь стало видно, что она погрузилась более чем на двадцать метров в ил и песок. Левый якорь находился всего в двух метрах от дна, а правый лежал на нем. Борта судна были покрыты ржавчиной, образовавшей огромные “сталактиты”. Это была работа бактерий, для которых металл служил источником питания. На глаз невозможно было определить степень разрушения корпуса “Титаника”, но позднее эксперты вудс-холских лабораторий установили: “Титаник” в таком состоянии, что любая попытка поднять его приведет к тому, что корпус рассыплется на части.

Осмотрели палубу, и глазам предстала мрачная картина. Вместо досок ее покрывал слой из мельчайших раковин, моллюсков, которые за три четверти века уничтожили практически все дерево. Стало ясно, что ситуация внутри судна та же: прекрасная обшивка, мебель-все это уже, видимо, давно исчезло. Сохранились лишь некоторые детали, сделанные из тика и дуба.

Почти три часа “Элвин” кружился вокруг “Титаника”, и все это время работали его видеокамеры. Но затем он вынужден был подняться наверх, поскольку начали садиться батареи. Подъем чуть было не окончился серьезной аварией. При ударе о поверхность воды, “Ясон юниор” выскользнул из “гаража”, и упасть на дно ему помешал лишь соединительный кабель, на котором он и повис. Водолазы, ожидавшие мини подводную лодку, не могли работать в заштормившем океане и вернуть робота назад, можно было, только обрубив кабель и подняв “Ясон юниор” на палубу “Атлантиса II” отдельно от “Элвина”.

Ремонтом робота занимались всю ночь, а утром последовал третий спуск. Пока “Элвин” “отдыхал” на палубе “Титаника”, “Ясон юниор” проник по парадной лестнице внутрь судна. Великолепного стеклянного купала, когда-то закрывавшего ее сверху, уже не было, от роскошной лестницы не осталось и следа, не было и знаменитых часов на стене. Но чудом сохранилась одна из люстр, висевшая теперь лишь на нескольких проводах. От этой картины сжималось сердце, это было все, что осталось от некогда сверкавшего роскошью самого крупного судна в мире.

Во время восьмого погружения, 21 июля, “Элвин” направился к кормовой части судна, находившейся в 650 метрах от носовой части и тоже погруженной почти на 15 метров в песок и ил. Выступало лишь пять с половиной метров борта гигантской кормы, большая же ее часть и три винта были невидимы. Перед всплытием, “Элвин” осмотрел палубу кормовой надстройки, и там его механическая рука положила памятную металлическую плиту в честь умершего друга и помощника Балларда, фотографа Билла Тэнтума, а также всех тех, кто нашел здесь последнее прибежище в ночь на 15 апреля 1912 года.

Через семь с лишним десятилетий от этих людей не осталось и следа. За все время работ не было найдено никаких человеческих останков. Вероятно, об этом позаботились глубоководные обитатели моря. Исчезла и одежда. Несколько раз находили сохранившеюся обувь, возможно, благодаря консервирующим элементам, которыми пропитывалась кожа. И всякий раз, когда камеры “Элвина” или робота находили и фотографировали обувь, возникало гнетущее чувство – три четверти века назад, здесь лежало тело одного из 1500 погибших.

Последний, одиннадцатый, спуск состоялся 24 июля. По этому случаю доктор Баллард укрепил на носовой части “Титаника” вторую металлическую плиту от нью-йорского клуба изобретателей с надписью, обращенной ко всем, кто, возможно, в будущем тоже доберется до “Титаника”: “Оставить его в покое”. Двенадцатидневная экспедиция завершилась, и “Атлантис II” взял курс на Вудс-Хол.

В результате успешной экспедиции, проведенной доктором Баллардом и его сотрудниками, “Титаник” открыл много тайн, хранимых им в течении семидесяти четырех лет. Одним из самых значительных открытий стало подтверждение того, что огромное судно лежит на дне отнюдь не в целости, как в начале полагал и доктор Баллард. В течении всех этих лет, вопреки показаниям очевидцев и свидетелей, считалось, что “Титаник” затонул неповрежденным и таким опустился на морское дно. Но теперь было доказано обратное. Доктор Баллард пришел к выводу, что, поскольку обе части корпуса, лежащие на дне, значительно удалены друг от друга, а возле кормы нагромождены обломки, значит, судно переломилось надвое либо на поверхности, либо сразу же после начала погружения. Когда носовая часть все больше погружалась, а корма поднималась, давление на киль достигало такой силы, что он в конце концов не выдержал и переломился в самом уязвимом месте конструкции, то есть между третьей и четвертой трубами, где находилась парадная лестница и вентиляционная шахта машинного отделения. Обе части падали на дно со скоростью около 50 километров в час. Первой его достигла носовая часть, и только через несколько минут – корма. Обломки падали не дно в зависимости от своего веса, наиболее легкие предметы погрузились на четырехкилометровую глубину, через несколько часов.

Исследования Балларда внесли ясность и в вопрос о пробоине, образовавшейся при столкновении судна с айсбергом. Все эти годы считалось, что айсберг разорвал носовую часть “Титаника” по правому борту от первого до пятого водонепроницаемого отсека (шестой лишь был слегка задет) на длину около 100 метров. Было достаточно очевидцев, подтверждавших, что сразу же после удара именно сюда хлынула морская вода. Достаточно вспомнить показания кочегаров Фредерика Бэрретта и Джорджа Бичэмпа из команды спасательной шлюпки N13. И хотя большинство специалистов утверждали, что айсберг при столкновении должен был вспороть борт судна, как консервную банку, нашлись и сомневающиеся, которые считали, что мощные стальные листы, скорее согнулись и разошлись в швах, но не разорвались. На основании данных о времени, в течении которого вода затопила некоторые помещения трюма, рассчитали, что за первые сорок минут после столкновения, в трюм поступило 452,6 кубических метра воды. Но несмотря на заключение авторитетного эксперта, официально было признано, что причиной гибели “Титаника” стала длинная горизонтальная трещина.

22 июля 1986 года, во время одного из последних спусков, робот “Ясон юниор” тщательно обследовал и сфотографировал весь правый борт носовой части корпуса. От форштевня до третьей водонепроницаемой переборки он был погружен в песок и ил, так что установить характер повреждения в его нижней части не представлялось возможным. Но дальше, там, где предполагаемая трещина еще должна была бы быть видна, никакой трещины не было. Стальные листы были вогнуты внутрь. Заклепки, которые их держали, вероятно выпали, и через образовавшиеся щели вода ворвалась внутрь. Еще дальше от носа были обнаружены две вертикальные вмятины и покоробленные стальные листы. Интересно, что несмотря на сильную деформацию стальной обшивки, здесь ничто не свидетельствует о том, что заклепки отсутствуют или разошлись швы. Эта деформация, без сомнения, была результатом удара носовой части о морское дно. Удар был настолько сильным, что нарушил всю конструкцию этой части корпуса. Еще дальше, примерно на уровне ходового мостика, стальные листы в некоторых местах были покороблены по горизонтали, швы между ними разошлись, и виднелись отверстия от выпавших заклепок.

В 1991 году, через пять лет после завершения обследования корпуса “Титаника” доктором Баллардом, на место катастрофы прибыла группа ученых во главе с канадским морским геологом Стивом Блэском. В распоряжении его команды имелись две подводные лодки, которые, как и мини подводная лодка Балларда “Элвин". После одного такого погружения к остову судна, исследователи подняли кусок металлического листа диаметром 25 сантиметров и толщиной 2.5 сантиметра с тремя отверстиями от заклепок. Когда после очистки на листе были обнаружены остатки бывшей краски, стало абсолютно ясно, что он был частью одного из металлических листов, покрывавших корпус “Титаника”. Однако главное внимание привлекли края листа: они не были гладкими и ровными, как это могло бы произойти, при разломе высококачественной стали. Края были настолько неровными, как будто это был осколок хрусталя.

Через три года после находки, в августе 1994 года, данный кусок стали был подвергнут специальному исследованию в лаборатории канадского министерства обороны в Галифаксе. От него был взят образец, который укрепили на специальном держателе, и подвергли так называемому тесту Шарпа, на прочность металла. Суть состоит в том, что на укрепленный образец обрушивался тридцатикилограммовый маятник. К месту удара был подсоединен электроизмерительный прибор, фиксировавший силу удара, которому образец либо должен противостоять, либо поддаться. Перед укреплением на держателе, образец погрузили в спиртовую ванну, температурой 1.7 градуса Цельсия, примерно такой же температуры, какой была морская вода в месте катастрофы “Титаника” в ночь с 14 на 15 апреля 1912 года. Быстро переместив образец из ванной, его укрепили на держателе, маятник привели в движение. При ударе раздался треск, маятник, практически без остановки, продолжал наносить удары, в результате образец, разрезанный на два куска, вылетел из держателя. Такой же эксперимент сразу был проведен с другим, достаточно большим образцом стали, которой обшивают корпуса современных судов. В этом случае образец от удара маятника не разломился, а прогнулся в форме буквы V, и движение маятника остановилось.

Ход испытания, за которым следила вычислительная машина, и последующие исследования подтвердили, что сталь, из которой были сделаны листы, покрывающие корпус “Титаника”, была очень ломкой. При ударе об айсберг листы не прогнулись, а треснули. Ломкость испытательного образца в канадской лаборатории была вызвана отнюдь не тем, что данный кусок металла пролежал на четырехкилометровой глубине Атлантики более восьмидесяти лет; при одинаковых тестах сталь 1911 года и найденная на судоверфи “Харленд энд Вольф” в Белфасте, где строился “Титаник”, реагировала идентично. Значит, бесспорен факт, что сталь, использованная для обшивки корпуса “Титаника”, была ломкая и в момент производства, а в ледяной воде, в которой он оказался в результате столкновения с айсбергом, она стала еще более ломкой.

Канадский металлург Кэн Кэрис Аллен, изучивший в Галифаксе образец стали из обшивки “Титаника”, сказал: “Для того, чтобы достичь одинаковой ломкости у сегодняшней высококачественной стали, мне пришлось бы снизить температуру до минус 60-70 градусов Цельсия.” И добавил: “Тогда о свойствах металла многое еще было неизвестно… Сегодня такое судно никто бы не спустил на воду.” Примесь серы в стали, из которой был сделан “Титаник”, была слишком значительной.

Информацию об опытах, проводившихся в лаборатории Галифакса, в 1995 году, напечатал журнал “Попьюла сайенс”. В заключении, на основе отзывов конструкторов морских судов и с учетом всех результатов и показаний, “Попьюла сайенс” воспроизводит ход событий в ту трагическую ночь 1912 года следующим образом:

23 часа 40 минут 14 апреля 1912 года: судно трется бортом об айсберг. Если бы его обшивка была сделана из стали с низким содержанием серы, она вогнулась бы вовнутрь, а не треснула бы. Заклепки выпали бы и швы между листами разорвались, вода проникла бы внутрь, но значительную силу удара она бы амортизировала. Возможно, судно резко замедлило бы ход или даже оттолкнулось бы от айсберга. “Титаник” с наибольшей долей вероятности был бы серьезно поврежден, но продержался бы на воде достаточно долго и дождался бы помощи. Вместо этого лед проламывает хрупкую обшивку, первые шесть отсеков затоплены, и вода переливается через переборки.

2.00 часа – 2 часа 20 минут 15 апреля: наклон “Титаника” составляет 45 градусов, корма поднимается на высоту двадцатиэтажного дома. Центр судна подвергается давлению в 7.5 тонны на квадратный сантиметр. Весь остов судна внезапно разваливается, и корпус ближе к центру разламывается на уровне поверхности воды или сразу под ней. Судовой киль сгибается, обшивка дна под давлением воды сворачивается. Ледяная морская вода обрушивается на все судно, и сталь разламывается на куски. Раскатистых грохот, который слышен в спасательных шлюпках, это, по всей вероятности, звук трескающегося металла. Носовая часть отделяется от кормы. В какой-то момент кажется, что корма опускается, но вдруг она начинает резко подниматься, занимает почти вертикальное положение и исчезает под водой. Отсеки, в которых еще находится воздух, подвергаются внешнему давлению не слишком глубоко под толщей воды. Происходит резкое выравнивание давления, и взрыв разбрасывает во все стороны тонны металла.

2 часа 30 минут – 3.00 часа: носовая часть опускается на дно и погружается в ил и песок. Корма удаляется от нее почти на восемьсот метров. Подвожный дождь обломков продолжается еще несколько часов.

9 апреля 1997 года, за пять дней до восьмидесятилетия со дня трагедии, американская газета “Нью-Йорк таймс” опубликовала информацию об ультразвуковом исследовании затонувшего судна, в ходе которого установлено, что айсберг не образовал в корпусе “Титаника” ни одной значительной пробоины, но шесть небольших отверстий находятся на площади одного квадратного метра.

Из всего сказанного следует, что в течении нескольких десятилетий идут поиски ответа на вопрос, в чем была подлинная причина гибели “Титаника”.

Все прежние результаты исключают, что айсберг, как это считалось в течении трех четвертей столетия, прорезал длинную, проходящую более чем через пять отсеков, открытую трещину в борту судна. Наиболее достоверно: стальные листы после столкновения треснули, швы разошлись, и через образовавшиеся трещины ринулась вода. Так утверждали очевидцы из числа членов команды, находившихся в момент катастрофы в нижних помещениях “Титаника”.

После завершения второй экспедиции в 1986 году, доктор Баллард заявил, что он даже не помышляет когда-нибудь еще раз вернуться к “Титанику”. Несмотря на то, что у него имелась такая возможность, он не взял с морского дна ни одного предмета и к обломкам знаменитого судна отнесся очень бережно и деликатно. Он работал как ученый и исследователь и других целей не преследовал. Прошел год, и на место давней трагедии пришло французское океанографическое судно “Надир” с мини подводной лодкой “Наутиль”, двойником американского “Элвина” и роботом “Робином”. Французы не были так сентиментальны, как доктор Баллард. Они подняли со дна моря почти девятьсот предметов, в том числе один из сейфов “Титаника”. В адрес французов раздалась резкая критика, некоторые американские и английские газеты, не колеблясь, назвали их “гробокопателями”. Действия французской экспедиции осудили и здравствовавшие тогда пассажиры “Титаника”, которых в середине 1987 года во всем мире было двадцать пять человек. Все они единодушно высказались за то, чтобы место последнего упокоения 1513 человек навсегда осталось памятником великой морской катастрофы.

После изучения части снимков, сделанных французской экспедицией, пятый частный канал французского телевидения 20 сентября 1987 года сообщил сенсационную новость: причина катастрофы "Титаника" не столкновение с айсбергом, а пожар, вызванный взрывом в трюме. За три дня до катастрофы, на угольном складе судна скобы возник страшный пожар, который команда пыталась тайно ликвидировать, но это ей не удалось. В доказательство своего утверждения, французские журналисты показали кадры фильма, снятого роботом “Робин”: сильнее всего была повреждена средняя часть судна, тогда как ближе к носовой части, именно в той, которой судно столкнулось с айсбергом, повреждения обнаружены не были.

Вероятно, сегодня в мире нет другого человека, который знал бы о “Титанике” и его трагическом плавании больше, чем доктор Баллард. В своей книге “Находка Титаника”, изданной в 1987 году, Баллард так описывает события на судне в воскресенье 1912 года: “Все шло хорошо, и, чтобы дела шли еще лучше, накануне удалось наконец ликвидировать пожар, тлевший в носовом угольном бункере котельной N5”. Доктор Баллард констатирует только это и больше ни в какой связи к пожару не возвращается, никак его не комментирует, ни о каких последствиях не говорит.

Гибель “Титаника” пережили несколько кочегаров и грузчиков, работавших в трюме. Если бы там возник серьезный пожар, закончившийся катастрофическим взрывом, они должны были бы об этом знать, и такая сенсация ни в коем случае не осталась бы тайной. Скорее всего, в одном из угольных бункеров произошло самовозгорание угля. В угольных складах это не такое уж и редкое явление. Пожар, как говорит доктор Баллард, удалось ликвидировать, и на этом проблема себя исчерпала. Обращает на себя внимание то, что даже очень подробные и солидные публикации не касаются этого эпизода. Что же касается якобы значительного повреждения средней части корпуса, то французская экспедиция не установила ничего нового по сравнению с тем, что уже было обнаружено в ходе двух экспедиций, проведенных американцами. Возможно, следует еще раз подчеркнуть, что сомневаться в катастрофических последствиях столкновения “Титаника” с айсбергом - полный абсурд. Некоторые пассажиры “Титаника”, находившиеся на палубе, видели айсберг собственными глазами, другие почувствовали толчок, а третьи были в тот момент в трюме и видели, как внутрь хлынула вода.

Результаты американо-французской экспедиции позволили вынести окончательное решение: “Титаник” никогда не будет поднят с морского дна. У одних это вызывает сожаление, но у большинства – радость. Уникальное судно, былая гордость державы, уже три четверти столетия “отдыхает” в глубинах океана. Его красота давно померкла, стальные листы съедает ржавчина, водонепроницаемые переборки покоробились, роскошные интерьеры не существуют. Но трагическая судьба сверкавшего огнями плавучего дворца, никогда не будет забыта.

Секреты судна

После проведения двух официальных расследований, сразу поползли слухи о подтасовке фактов. Вначале причиной массовой гибели людей, назвали недостаточное количество спасательных шлюпок, но компания "Уайт стар лайн" отвергла это обвинение, доказав, что на "Титанике" их было гораздо больше чем на самом деле. Но возмутительное пренебрежение правилами безопасности было не так легко опровергнуть. На "Титанике" не было плана эвакуации, свидетели сообщили, что шлюпки спускали на воду как попало. На "Титанике" никогда не проводился инструктаж на случай аварии, люди не знали, что им делать и куда надо бежать. Компанию "Уайт стар лайн" пытались всячески выгораживать, ходили слухи о подкупе свидетелей, ведь если бы компания обанкротилась, то это была бы катастрофа для всего британского пассажирского флота. Показания, свидетельствующие о том, что корабль разломился, прежде чем затонуть, откровенно игнорировали. Комиссия торгового флота утверждала, что корабль не мог разломиться. В итоге, вопреки всем свидетельским показаниям был принят отчет, что судно не могло разломиться на две части.

Безутешные семьи погибших получили жалкое пособие. В США и Британии было подано огромное количество исков, против компании "Уайт стар лайн", но так как вина компании не была установлена, все эти иски был отклонены. Отошедший в то время на задний план Брюс Исмей, взял на себя заботу о семье одного из погибших. Это был Эрнест Фриман. Исмей сам оплатил его похороны и в течении многих лет оказывал его семье материальную поддержку.

Со временем история "Титаника" сошла с первых полос газет, но память о ней навсегда осталась. Спустя многие месяцы, легионы искателей сувениров, продолжали обшаривать атлантические пляжи, с целью найти хоть какие-нибудь предметы с "Титаника". Некоторые в последствие стали произведениями искусств. Спустя десятилетия увлечения легендарным затонувшим кораблем продолжало расти. Бесконечные гипотезы породили множество слухов, противоречивых сплетен и тайн, которые, как тогда казалось, никогда не смогут быть проверенными.

По одной из самых невероятных историй, затонувший корабль был вовсе не "Титаником", а "Олимпиком", который был специально затоплен с целью провернуть многомиллионную махинацию. Столкновение "Олимпика" с военным крейсером "Ястреб" за несколько месяцев до спуска "Титаника" на воду, привело к значительным финансовым проблемам компании "Уайт стар лайн". "Олимпик", после столкновения с "Ястребом", получил такие значительные повреждения, что экономически выгоднее было просто списать его, чем производить дорогостоящий ремонт. Некоторые утверждали, что компания "Уайт стар лайн" подменила корабли еще до того, как строительство "Титаника" было закончено, якобы "Олимпик" был выдан за "Титаник", а затем затоплен, чтобы получить за него огромнейшую страховку. "Олимпик" был отправлен на слом в тридцатых годах, а "Титаник" казалось был потерян навсегда и восстановить правду, казалось было невозможно.

Франко-американская экспедиция сделала много снимков, но досаднее всего было то, что они ограничивались какой-то одной частью судна. Максимальная видимость вблизи "Титаника" ограничивалась тремя метрами и экспедиция могла увидеть не больше трех метров из огромного объекта. Создать полную панораму корабля, было поручено профессиональному фотографу Кену Маршаллу. Он должен был слить воедино подробные иллюстрации отдельных частей "Титаника". Он должен был осмотреть и проанализировать тысячи снимков, которые были сделаны за все 86 погружений и соединить их так, чтобы можно было получить полную панораму носовой и кормовой части "Титаника". При всех этих подводных съемках, использовался "Наутилус" - батискаф, стоимостью 20 миллионов долларов, в который могла поместиться команда из трех человек. Для улучшения прочности батискафа, его оболочка была сделана из титана и, даже самая малейшая трещина в его корпусе, на глубине почти четырех километров, могла привести к мгновенной гибели всего экипажа батискафа. Если бы на глубине что-то случилось, то экипаж погиб не через секунду, а даже через несколько сотых секунды. Примерно на глубине 4000 метров, "Наутилус" достиг океанского дна и включил винты для маневрирования и в первый раз включил прожектора. Батискаф осторожно подбирался к тому месту, где должен был находиться "Титаник", а люди с тревогой вглядывались в непроглядную темноту. Постепенно в темноте что-то стало проявляться, затем появились контуры и "Наутилус" оказался прямо перед самым носом "Титаника". Это был знаменательный момент. Первый раз человеческие глаза увидели "Титаник", за последние 75 лет.

Но когда прожектора батискафа осветили обломки, было сделано открытие, которое стало разгадкой очередной из тайн "Титаника". Когда "Наутилус" подошел ближе, экипаж сразу же заметил огромную дыру в корпусе судна по правому борту. Эта дыра находилась гораздо выше отверстий, проделанных в борте краем айсберга. Сразу стало ясно, что огромную дыру сделал не айсберг, но тогда откуда она взялась? Может это был результат взрыва, прогремевшего на "Титанике", после того, как носовая часть была полностью под водой? При дальнейшем изучении корпуса "Титаника", выяснилось, что эта дыра появилась в результате деформации корпуса, которая произошла когда нос начал перевешивать корму. От огромной нагрузки, обшивка в этом месте разошлась, лопнула и образовалась эта дыра. Члены команды "Наутилуса" мечтали заглянуть внутрь "Титаника", но сделать это самостоятельно они не смогли. Глазами экипажа, стала телекамера управляемого робота. Робот был очень маневренный и мог проскальзывать в небольшие отверстия в корпусе "Титаника", которые были недоступны для "Наутилуса".

Управляемый экипажем робот, вел съемку с помощью специально спроектированной камеры. Робот провел исследователей в самое сердце корабля, в тот затерянный мир, который никто не видел с тех пор, когда "Титаник" исчез в водах Северной Атлантики. Команда была потрясена, когда робот скользил вниз по парадной лестнице, по которой когда-то ходили самые влиятельные и богатые люди того времени. Хотя внутри были значительные повреждения, но они были не такими огромными, как все предполагали - на дереве сохранилась краска, многие предметы были в прекрасном состоянии по сравнению с аналогичными предметами, находившимися снаружи корабля. Когда робот проникал еще глубже внутрь корабля, каждый поворот телекамеры открывал новую информацию о подлинной истории "Титаника". Многие спасшиеся, при даче показаний утверждали, что пассажирам III класса просто не дали выбраться на верх и большинство из них оказались запертыми внизу, в роли обреченных смертников. Хотя компания "Уайт стар лайн" всячески отрицала эти обвинения, исследователи все-таки доказали чудовищную правду. Робот обнаружил эти железные решетки запертыми и люди, находившиеся за этими решетками, были обречены на верную смерть! Здесь был кратчайший путь, чтобы можно было вывести людей на палубу к спасательным шлюпкам, но этот путь был закрыт. Другой возможностью спастись для отчаявшихся пассажиров этого отсека, оставался соседний грузовой трюм N2.

Однако электронный глаз "Наутилуса" сделал еще одно ужасное открытие - грузовой трюм N2 также был наглухо закрыт железными решетками. Не имея никакой возможности спастись, сотни пассажиров III класса были уже мертвы, когда пассажиры I класса еще только рассаживались по шлюпкам. Все три нижние палубы носового отсека корабля были затоплены еще до того, как на воду была спущена первая спасательная шлюпка. Продолжая исследовать внутренние помещения корабля, робот спустился через пробитый купол в каюту, где когда-то находилась радиорубка "Титаника". Сейчас здесь лежит разбитое оборудование, а когда-то именно здесь были проигнорированы предупреждения о ледовой опасности и первое предложение о помощи. Наконец пришел черед самой большой загадки гибели "Титаника" - что же это были за повреждения, которые погубили непотопляемый корабль? Всегда считалось, что полученные в результате столкновения с айсбергом пробоины были огромными. Но когда команда "Наутилуса" попыталась проверить повреждения, выяснилось, что часть обшивки "Титаника" находится под двадцати метровым слоем ила и до нее невозможно добраться. Тогда было получено гидролокационное изображение, открывшее удивительную правду. Реальный объем повреждений, на самом деле был минимальным, хотя в обшивке правого борта действительно имелись повреждения. Экспедиция доказала, что "Титаник" затонул не в результате глубокого разреза, длинной в 90 метров. Было обнаружено лишь несколько небольших отверстий, которые были пробиты в обшивке "Титаника" айсбергом, двигавшемся вдоль борта корабля. Когда "Титаник" зацепил айсберг, стальные листы промялись, заклепки не выдержали и листы разошлись. Возникли небольшие трещины, но их было очень много и они были слишком на большом расстоянии, чтобы корабль мог находиться на плаву.

Оставался еще один вопрос, на который "Наутилусу" предстояло найти ответ в почти километре от этого места, изучив обломки кормы "Титаника". Команда хотела найти ответ на самую невероятную из всех гипотез - действительно ли "Титаник" и "Олимпик" поменяли местами, чтобы получить огромнейшую страховку? Когда "Наутилус" осторожно приблизился к огромному винту корабля, истина наконец-то была установлена. 401 - это был официальный номер "Титаника", что окончательно доказывало, что не "Олимпик" затонул в ту морозную ночь с 14 на 15 апреля 1912 года. Очередной миф рассыпался в прах, еще одна загадка была разгадана. "Наутилус" погружался не только для исследований обломков судна. Еще одной задачей экспедиции было достать что-то из затонувших сокровищ "Титаника". В пределах достаточно большого радиуса вокруг "Титаника" рассыпано очень огромное количество предметов - вещи, остатки мебели, фарфоровая посуда и многое другое. "Наутилус" постарается поднять эти вещи на поверхность. Ничего подобного никогда не совершали на такой глубине и это будет одной из самых сложных и опасных операций.

Все дно Атлантического океана словно бороздами насыщено возвышенностями и долинами, но получилось так, что "Титаник" затонул в чрезвычайно ровном месте. При погружении, "Титаник" словно вулкан рассеял вокруг себя огромное количество обломков, которые рассеялись на общей площади в пять квадратных километров. У команды "Наутилуса" было впечатление, что они оказались на рыночной площади. Здесь было море разнообразных вещей - это и багаж, постельные принадлежности, кухонные кастрюли и все то, что в изобилие находилось на таком огромном корабле. Чтобы поднять эти вещи со дна, "Наутилус" использовал две совершенные гидравлические руки, которые были настолько гибкими и ловкими, что ими можно было захватить практически любой предмет. Самой трудной задачей для экипажа было научиться управлять этими гидравлическими руками, ими можно было взять яйцо или отломать кусок железа, они могли одновременно быть сильными, осторожными и послушными. Сперва, команда составила карту этого обширного района, все предметы были изучены и внесены в каталог, даже самые крошечные из них. Самым сложным была проблема отбора, надо было рассчитать, смогут ли руки захватить их не повредив. Наконец "Наутилус" начал подбирать предметы, находившиеся вокруг "Титаника". Это была очень трудная и кропотливая работа, порой требовалось несколько часов, чтобы поднять один единственный предмет. Удавалось поднимать даже очень хрупкие предметы. Как только предметы захватывались, их осторожно помещали в специальную корзину, защищенную от мощных течений, которые могли повредить или разрушить предмет во время всплытия на поверхность.

Но гидравлические руки были также сильны, чтобы ими можно было захватить массивные предметы. Чтобы поднять на поверхность что-то тяжелое, руки были оборудованы стальными тросами. Тросы крепились к большим плавучим мешкам, наполненным дизельным топливом. Как только объект оказывался на месте, мешки высвобождались. Поскольку дизельное топливо легче воды, мешки всплывали на поверхность, где их подбирали водолазы со стоящего на якоре корабля. Попав на поверхность, обломки оборудования помогут выяснить правомерность приказов капитана Смита, подававшихся в машинное отделение. Одним из наиболее ярких открытий, сделанных экипажем "Наутилуса", стало несколько телеграмм, посланных с капитанского мостика в машинное отделение по внутреннему телеграфу. Команде удалось поднять один такой телеграф, а другой они видели на дне. И странная вещь: от офицеров нам известно, что с мостика отдали приказ остановить все двигатели, но в ответе из машинного отделения говорилось о медленном ходе вперед. Это было причиной механической ошибки или в машинном отделении все были уже мертвы, когда поступил этот приказ?

Пытался ли капитан Смит сманеврировать, чтобы избежать катастрофы? Ответы на эти вопросы пока не найдены, но может быть скоро на белый свет поднимут новые доказательства, которые помогут ответить и на эти вопросы. Всем исследователям "Титаника", хотелось найти главную его ценность - судовой журнал корабля. Подобно черному ящику самолета, судовой журнал содержал в себе запись о каждом событии, которое происходило за все время плавания "Титаника". Судовой журнал дал бы множество бесценной информации, о которой мы сейчас можем только догадываться. По правилам, капитан Смит должен был вести журнал до самого конца. Имея судовой журнал, можно выяснить, отдавался ли приказ как можно дольше поддерживать освещение на корабле, приказ оставаться всем офицерам и членам команды оставаться на своем посту. Никто не знает, где находится судовой журнал, но пока он не найден, мы не сможем узнать все оставшиеся секреты "Титаника".

До сего времени остается не ясным, какие экстренные меры пытался предпринять капитан Смит после того, как борт "Титаника" оказался пробитым. Много споров велось вокруг всего судна, а самые жаркие споры велись возле одной меры, к которой капитан Смит не стал прибегать. Желание узнать истину было настолько велико, что ученые решили создать точную копию корабля, чтобы все проверить. Вопрос был в том, что не пренебрег ли капитан Смит в последние минуты своей жизни одной радикальной мерой, которая, по мнению некоторых специалистов помогла бы дольше продержать корабль на плаву до прихода спасательных судов? Было много критики и утверждений, обвинявших капитана Смита в том, что он не открыл водонепроницаемые переборки. Утверждали, что в этом случае, корабль затапливался бы более равномерно и он не ушел носом под воду. Исследователей интересовало, могла ли эта отсрочка спасти жизни 1500 пассажирам? С помощью известного морского конструктора Артура Сэнди Форда, был сделан точный макет "Титаника" в масштабе 1:100. Его размер, вес, водоизмещение было пропорционально уменьшенной копии корабля. Что же касаемо водонепроницаемых переборок, которые как считалось должны были сделать корабль непотопляемым, было решено сделать из прозрачного материала. Общее количество морской воды, которое заливалось в трюмы судна, тоже было пропорционально уменьшено.

Сначала был воссоздан тот вариант, как затонул реальный "Титаник" в 1912 году. Вода прорвалась в носовые трюмы и бойлеры N5 и N6, вскоре вода преодолела системы защиты от затопления. В этом случае нос, как и в реальном "Титанике" был затоплен и утащил корабль на дно, за два с небольшим часа. Модель затонула носом вниз, как и настоящий "Титаник". Теперь давайте проследим за событиями, которые могли произойти, если бы капитан Смит открыл водонепроницаемые переборки. Было мнение, что в таком случае "Титаник" продержался на плаву еще на два часа больше и "Карпатия" спасла еще 1500 пассажиров. Во время этого эксперимента ученые по времени отмечали приближение "Карпатии", спуск на воду шлюпок и затопление "Титаника". Если бы капитан Смит открыл герметичные переборки, вода устремилась бы и в кормовую часть корабля, а это значит, что нос корабля не пошел бы с таким креном на дно, как это было на самом деле. "Титаник" стали затапливать точно так, как он тонул в ту ночь, но было отличие в том, что ученые открыли все водонепроницаемые переборки. "Титаник" столкнулся с айсбергом в 23:40 вечера, к 23:50 вода заполнила шестой водонепроницаемый отсек, поврежденный айсбергом. Вода как и раньше заполняла корабль, но в этом эксперименте, ничто ей не мешало заполнять корабль по всей длине. 00:20 - первая шлюпка была спущена на воду, вода проходит сквозь обшивку "Титаника" со скоростью 350 тонн в минуту.

С открытыми переборками, "Титаник" погружается более равномерно. Неужели команда корабля совершила роковую ошибку, отказавшись от этого варианта? Под тяжестью 20000 тонн воды, "Титаник" еще глубже уходит в воду, но он все еще на плаву. Внезапно вода заливает последний паровой котел и "Титаник" остается без электроэнергии, на нижних палубах пассажиры оказываются в полной темноте. Хаос начался на 90 минут раньше чем на реальном корабле. 1:30 - "Карпатия" находится в 65 километрах от "Титаника". На "Титанике" спущено 14 шлюпок, по палубе мечутся сотни людей. Пока корабль держится ровнее чем во время настоящей катастрофы. 1:40 - внезапно модель начинает крениться набок, после того, как тонны воды начинают перемещаться. Шлюпки не могут быть спущены на воду под таким углом. 1:45 - "Титаник" окончательно теряет устойчивость, он становится неуправляемым и продолжает сильно крениться на борт. 1:47 - все кончено. Модель "Титаника" внезапно переворачивается, зачерпнув еще примерно 40 тонн воды, прорвавшейся с носа и с кормы. Модель "Титаника" затонула на целых 33 минуты раньше, чем это было на самом деле. Теперь все стало ясно: если бы капитан Смит оставил водонепроницаемые двери открытыми, вопреки инструкциям, то людские потери были бы еще огромными, чем были на самом деле. Из этого эксперимента видно, что судьбу "Титаника" решил злополучный айсберг и что капитан Смит не мог больше ничего сделать, чтобы спасти корабль и его пассажиров.

Литература

За прошедшие годы, в мире было издано огромное количество книг, так или иначе касающихся "Титаника", некоторые издания на русском языке приведены ниже:

  • Л. Н. Скрягин - "Гибель Титаника". Издательство "Московский рабочий" 1991 год. В этой книге достаточно полно описывается вся история этой трагедии, а также общественно-политические и исторические последствия, к которым она привела.
  • С. И. Белкин - "Голубая лента Атлантики". Издательство "Судостроение" город Ленинград, 1975 год. Эта книга рассказывает о всех судах, которые когда-либо участвовали в этих гонках, которые всегда привлекали к себе интерес всего мира.
  • С. И. Белкин - "Титаник - взгляд через десятилетия". Издательство "Олма-пресс" город Москва, издательский дом "Нева", город Санкт Петербург, 1998 год. В этом очерке собран анализ всех фактов, которые были собраны в последних глубоководных экспедициях, проведенных с момента обнаружения останков "Титаника".
  • М. Губачек - "Титаник". Издательство "Попурри" город Минск, 1998 год. Эта книга признана самой всеобъемлющей и полной. В этой книге рассказана история создания трех лайнеров компании "Уайт стар лайн", книга содержит подробный, обстоятельный рассказ о трагедии.
  • Р. Гардинер - "Загадка Титаника". Издательство "Вече" город Москва, 1998 год, серия "Великие тайны". Книга содержит много интересных фактов, которые были до сих пор неизвестны. Но основная мысль книги сосредоточена на том, что ""Олимпик" и "Титаник" были специально подменены, для получения огромной страховки.



Информация о "Титанике"

История постройки, первого и единственного путешествия и последующей гибели «Титаника» давно стали основой для множества легенд и историй, романтических и не слишком. Не удивительно, ведь это гигантское судно компании «Уайт Стар Лайн» было самым крупным и дорогим пассажирским лайнером начала XX века. И тем трагичнее в своей нелепости выглядит его судьба.